Книга Любить нельзя помиловать, страница 69 – Наталья Андреева

— Всю жизнь?

— Ты привыкнешь и сам потом не захочешь никуда уходить.

— Ты много на себя берешь, Вера.

— Такая уж я есть.

— Значит, первого сентября, – задумчиво протянул Никита. – И выбора у меня нет.

— Не переживай, милый: все будет без лишней помпы. Венчание в маленькой церкви, потом ужин в ресторане. Персон на десять, не больше. Ну, на пятнадцать. На подготовку такого торжества уйдет немного времени. Десяти дней хватит вполне. Будут только самые близкие мне люди.

— А мне? – напомнил Никита.

— Ах да! Есть же еще твои родители! У меня вскоре появится свекровь!

— И свекор.

— Надеюсь, они не слишком часто будут нас навещать?

— Какая же ты…

— Эгоистка? Поверь, нам будет хорошо вместе. Прежде чем ты поцелуешь свою невесту, одна маленькая формальность.

— Какая? – насторожился он.

— Мои гарантии. Бери бумагу, ручку и пиши.

— Писать что?

— Я продиктую. Кстати, папка на столе, я уже все приготовила. Можешь положить ее на колени, чтобы удобнее было писать, можешь сесть за письменный стол. Как тебе лучше.

Никита устроился в кресле и приготовился писать. Он все еще находился в состоянии шока. Как же ловко Вера зажала его в угол! Сейчас надо сделать так, как говорит она, а потом все хорошенько обдумать.

— Диктуй.

— «Я, такой-то, такой-то признаюсь в том, что такого-то числа, такого-то года убил своего кредитора Владимира Иосифовича…»

— Вера! Да ты с ума сошла! Я никогда такого не напишу!

— Напишешь, милый. Напишешь. Иначе никакой свадьбы и никакой директорской должности. Вместо этого тюрьма. Ты еще сомневаешься в том, что я тебя туда упрячу?

— И это называется любовь? – жалко усмехнулся он.

— Да. Потому что в борьбе за нее все средства хороши.

— Даже убийство?

— Пиши. Я жду.

Рука немного дрожала, когда он вывел первую строчку. «Я, Намин Никита Борисович, признаюсь в том…»

— Написал?

— Да.

— Пиши дальше. «После того, как Вера Александровна Алмазова оставила нас вдвоем в ресторане, между мной и моим кредитором произошла бурная ссора». Показания официанта у них, должно быть, уже есть, это мне на руку. Дальше пиши: «Потом Владимир Иосифович вышел в туалет, и я подложил ему в бокал с вином две таблетки снотворного».

— Где же я взял снотворное? – усмехнулся Никита.

— «Которое выпросил у Веры Александровны Алмазовой, когда она с подругой заходила ко мне в гости». Видишь, как все хорошо получается! Если я не буду твоей женой, значит, смогу все это засвидетельствовать на суде. Причем с огромным удовольствием.

— Не боишься, что всплывет тот факт, что у тебя есть снотворное?

— Нет, не боюсь. Я многим его давала. И это в твоих интересах сделать меня лицом заинтересованным, то есть женой.

— Ловко! Ну, что дальше?

— Дальше детали. «После того как мы расстались с кредитором, я поехал следом за его джипом…»

— «И обогнал его», – откровенно усмехнулся Никита.

— Чтобы закрыть двери гаража, в котором стоит машина с заведенным мотором, не обязательно обгонять ее по дороге. Можно приехать и после. Тебя видели как раз в районе одиннадцати часов вечера. Так и пиши: «Я приехал на десять минут позже. В этот момент меня увидела продавщица, которая закрывала свой минимаркет. После того как она ушла, я вылез из машины и вошел в гараж. Владимир Иосифович сидел за рулем своего джипа и крепко спал. По крайней мере он не двигался. Мотор его машины работал. Тогда я вышел из гаража и плотно прикрыл за собой двери. Было это примерно в половине двенадцатого ночи».