Книга Любить нельзя помиловать, страница 82 – Наталья Андреева

(Ах, это он о свадьбе!)

— Я спешу, простите. – Никита отметил пропуск и развернулся было к оперу спиной.

— Минутку, – остановил его тот, слегка придержав за плечо. – Я как чувствовал, что вас сегодня встречу. Распишитесь-ка здесь.

— Что это? – с удивлением спросил Никита, увидев протянутый листок.

— Вы должны своей личной подписью подтвердить, что повестка, предписывающая явиться к следователю, вам вручена. А вот и она сама.

С ловкостью фокусника опер достал точно такую же бумагу, которая, скомканная, уже лежала в кармане у Никиты.

— Почта плохо работает. Это повторный вызов в прокуратуру. К следователю, – с усмешкой пояснил мент.

— Я и первого еще не получил, – пробормотал Никита, ставя свою роспись. – Все? Можно идти?

И, получив в ответ утвердительный кивок, направился было к лифту.

— А я в аптеку, – сказал ему вслед оперуполномоченный. – Вера Александровна посоветовала, где можно достать отличное импортное снотворное. Может, мне подождать, пока вы домой поедете? Нам по пути.

Никита резко обернулся:

— Боюсь, что долго пробуду в офисе.

— Что ж, тогда побеседуем в другой раз, – усмехнулся мент. – Желаю счастья в личной жизни, господин Намин.

— Спасибо.

И Никита слишком уж поспешно кинулся к открывшейся двери лифта. Это было похоже на бегство. Пока он поднимался на десятый этаж, обдумывал услышанное: опер едет в аптеку!..им по пути. Господи, это же та самая аптека! Он едет поговорить с Ниночкой! Никиту прошиб пот. Откуда мент узнал?! А что будет, если девушка все расскажет?! Об их связи, о том, что ее любовник просил достать ему лекарство?!

— Вы выходите? – спросила Никиту ехавшая с ним в лифте юная особа с фиолетовыми губами.

— А? Что? Это десятый?

— Да. Выходите?

Никита пулей выскочил из лифта. Потом одернул пиджак и постарался успокоиться. Не хватало еще, чтобы Марго увидела перед собой взъерошенного воробья! Надо, чтобы орла! Коршуна, готового биться за ее прибыль! Иначе не видать ему назначения!

Пока Никита шел к приемной генеральной директорши, он ловил на себе странные взгляды. Конечно, все уже в курсе его предстоящего бракосочетания с Верой. Но зачем так смотреть? С откровенной жалостью? Будто с огромного выигрыша по счастливому лотерейному билету придется до конца жизни платить бешеные налоги! Так что от самого счастья останутся лишь жалкие гроши.

Зато сидящая в приемной Соня встретила гостя с улыбкой:

— А вас уже ждут! – (Когда это они перешли на «вы»?)

— Ладно, Соня, брось! Мы же не один год вместе работали! А помнишь, как я за тобой пытался ухаживать, пока не узнал, что ты замуж выходишь?

— Я уже готовлю приказ о вашем назначении, – выдержала дистанцию Соня. – От души поздравляю.

От души! Оно и видно! Что ж, к этому надо быть готовым. Друзья работают с тобой только до того момента, когда тебя делают их начальником. А потом автоматически превращаются в подчиненных. И ты для них уже враг номер один. Если же эти люди по-прежнему хотят остаться друзьями, то избавиться от них в ближайшее время – это уже твоя проблема. Потому что друзей трудно заставить работать. Соня это прекрасно понимает, она прошла у Веры великолепную школу. Никита знал, что муж секретарши зарабатывает гораздо меньше, чем она, родители молодым практически не помогают, и девушка держится за свое место. Оставалось только принять ее тон: