Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 100 – Наталья Андреева

— Фонарин что, покупает тебе квартиру в этом доме?!

Ева кивнула. Она не стала разговорчивей.

— Я не выйду из машины, — решительно сказал Коля.

«Почему?»

— Не выйду, и все.

Ее лицо стало грустным.

— Ну, зачем нам это надо, Ева? У меня хорошая трехкомнатная квартира, там недавно сделали ремонт…

— Там… Эти твои… Эти…

— Фанатки? Раньше они тебе не мешали.

— Ты сам хотел начать все сначала! — выпалила она.

— Но почему квартира именно в этом доме?

Она тяжело вздохнула, словно собираясь с силами, и вдруг сказала целую речь:

— Папа хотел сделать мне приятное. Наш любимый ресторан близко. Это центр. Долго никто не продавал поблизости квартир. И вдруг. Вчера. Я так хотела.

— Значит, папа. Ему кто-то позвонил? Или было объявление в Инете? В газете? Агентство предложило? Откуда он узнал про квартиру?

— Я не знаю. У меня ключи. Коля, пожалуйста!

— Ну, хорошо. Я выйду. Ты сама этого хотела.

Он уже стал догадываться, что это за квартира. Таких совпадений просто не бывает. Оказывается, не так-то легко избавиться от этого человека. Николай Краснов вышел из машины и внимательно огляделся. Вроде никого. Ева кивнула: «Пошли?» Так и есть: они идут ко второму подъезду. Ева уверенно набрала код.

— Какой этаж? — хрипло спросил он.

— Третий.

— Ну, разумеется!

Она шагнула к лифту.

— Нет! — вздрогнул он.

Ева оглянулась: «Почему?»

— У меня это… Клаустрофобия.

«С каких это пор?»

— Внезапное обострение детской болезни, — ляпнул он.

На третий этаж они поднялись пешком. Ева достала ключи и отперла дверь. Он вошел следом за ней в прихожую, огляделся:

— Ева, но здесь же чужие вещи!

— И что?

— Бывшим жильцам разве не нужно их имущество?

Она равнодушно пожала плечами. Прошлась по квартире, заглядывая в комнаты, открывая и закрывая двери. Квартира была огромная. Три комнаты, но очень высокие потолки, длиннющий коридор, невероятно толстые стены, кухня двойная: небольшое помещение с плитой и мойкой плюс уютный закуток, где стоял обеденный стол. Такая квартира должна стоить очень дорого, даже несмотря на то что здесь требовался основательный ремонт. Окна выходили все на одну сторону, и изо всех виден ресторан с яркой вывеской: «Эридан».

Чужих вещей немного, мебель недорогая, но добротная.

— Нравится, — решительно сказала Ева. — Но все выкинуть надо.

Он ничего не ответил, потому что чувствовал себя здесь неуютно.

— Спальня, — Ева толкнула дверь самой «маленькой» комнаты. И вдруг ахнула: — Что это?!

Он узнал свои вещи. Вернее, не свои, а похожие. Его-то все находятся дома, на своих местах. Пиджак из блестящей кожи, черные кожаные брюки, несколько пар совершенно одинаковых солнцезащитных очков, футболки любимого им черного цвета. На столике лежал листок с написанной им когда-то песней. Он узнал свой почерк. Подлинник.

— Откуда? — Она взяла со стола листок. — Разве? Ты и папа?

— Ты хочешь сказать, что я здесь уже бывал? Нет. Не я. Нас с тобой очень ловко обвели вокруг пальца, Ева. Только кто? Твой отец? Не понимаю. Мы вроде бы все утрясли.

— О чем ты?

— Возле этого дома сидит сейчас в засаде киллер, который должен убить Николая Краснова. Не солиста «Игры воображения», а другого человека с тем же именем и с той же фамилией. Но я почему-то уверен, что тот, другой, сел в поезд, который ушел сегодня с Казанского вокзала в двенадцать пятнадцать. А я здесь. Вместо него. Мы с ним поменялись местами.