Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 16 – Наталья Андреева

— Я только скажу ему, что я с него умираю.

— Как тебя зовут? — едва не рассмеялся Шантель.

— Фиса.

— Как-как?

— Анфиса. Фиса я.

— Фиса, я сейчас позову твою тетю и сдам ей тебя с рук на руки.

— Не сдадите. — Девушка распахнула голубые глазищи, и Лев Антонович почувствовал себя пожирателем детей.

— Это еще почему? Сдам. Пусть тебя мамка как следует отлупит.

— Она далеко, — фыркнула Фиса. — И у нее нас семеро.

— Как-как?

— Семеро детей. Я на концерт приехала. С деревни. Я его в телевизоре видела. Он мне сразу понравился. Умираю с него.

— Он очень устал, Фиса.

— А с вами можно посидеть?

— Со мной? Послушай, девочка, ты хотя бы представляешь, сколько мне лет?

— Лет пятьдесят, должно быть. Ну и что? Вы на папку моего похожи, — пожала плечами Фиса. — Чаю нальете?

Лев Антонович подумал было, что начать свою деятельность коварной соблазнительницы Фиса решила с него, но девчонка сидела тихо, голые коленки не показывала, глазками не стреляла. Она терпеливо ждала, прихлебывая чай маленькими глотками, слушала продюсера, которому, как выяснилось, именно такого молчаливого собеседника и не хватало. И дождалась. В дверь постучали:

— Лев Антонович, можно? — В люкс вошел Коля и замер на пороге, уставившись на Фису.

Искра проскочила между ними мгновенно, не почувствовать этого было невозможно.

— Ой! Здравствуйте! — тут же кошкой вспрыгнула с дивана Фиса. — А я тут с Лев Антонычем чай пью! У меня тут тетя.

Коля поискал глазами тетю.

— То есть не здесь, а там, в коридоре. Я за полотенцами пришла. А к вам можно зайти?

— За полотенцами? — глупо спросил Коля.

— А вы меня разве не узнали?

— …?

— Это я сегодня на сцену прорвалась! Вот. Я за вас чего хочешь сделаю!

— Я хотел насчет завтра, Лев Антонович. Насчет фонограммы. Может, стоит вживую?

Фиса приоткрыла рот.

— Так, — сказал Шантель. — Что ж ты стоишь, Коля? Девушка спрашивает, не надо ли поменять в вашем номере полотенца? — подмигнул он.

— Вообще-то…

— Обязательно надо. Чистое полотенце для артиста — предмет первой необходимости. Идите, дети, идите.

Вот так он сделал глупость. Примерно через полчаса к нему в номер постучался новый барабанщик:

— Лев Антонович, где бы мне переночевать?

— Переночевать?

— Там эта психическая. Все время делает мне намеки, что надо поискать койку на ночь в другом номере. И, насколько я успел понять, она так просто не уйдет. Ей явно лечиться надо.

— А что Коля?

— Да кто ж от такого розана откажется? К тому же говорю: психическая. Она же буром прет!

«Ничего, как-нибудь образуется», — привычно подумал Лев Антонович. Наутро он Колю не узнал. Тот словно проснулся, утратив разом свойственную ему меланхоличность и зарядив подсевшие батарейки.

— Представляете, я у нее первый мужчина! — взволнованно сказал он, оставшись с продюсером наедине.

— А так сразу и не скажешь, — Шантель пожевал губами.

— Да что вы! Она, она, она…

— Необыкновенная, я понял. Ничего, как-нибудь образуется.

Тогда еще Шантель в это верил.

Лев Антонович почувствовал тревогу, лишь когда Коля попросил его задержаться в этом городе еще на пару дней. «Да что ж там такое особенное?» — заволновался он. По его мнению, девчонка того не стоила. Отправив парней на репетицию, он решил проверить ее как следует. Позвал в свой номер, заказал обед на две персоны. Когда официант расставил все на столе, получил на чай и исчез, Лев Антонович наполнил шампанским два бокала.