Книга И на небе есть Крест, или Ловушка для падающей звезды, страница 30 – Наталья Андреева

Жена бродила по дому безмолвно, как тень, а он ставил диск и слушал якобы ее голос:

— А сейчас в эфире я, Ева, и горячая русская двадцатка! На последнем, двадцатом месте — группа, которая…

Краснов с нетерпением ждал окончания передачи, которая частенько заканчивалась так:

— И наконец, сейчас мы узнаем, кто же возглавляет хит-парад, кто занимает первую строчку в рейтинге, кого вы больше всего хотели бы сегодня услышать! Да-да-да, я так же, как и вы, надеюсь, жду с нетерпением… Да-да-да! Это снова мой обожаемый Николай Краснов! Итак, смотрим клип!

«Обожаемый» супруг в этот момент пытался пообщаться с женой в режиме онлайн, а не посредством видеозаписи.

— Я на самом деле тебе не безразличен?

Она молча кивала.

— Ева, почему ты молчишь? У тебя горе какое-то случилось? Тяжелое детство? Да? Я прав? Стресс? С Фонариным было что-то не так? Ева? Но я же не могу все время идти на ощупь, ты хотя бы подскажи! Я-то не делаю тебе ничего плохого!

— Я…

— Ну, что?

— Нет, ничего. Где мои сигареты?

Она курила почти беспрерывно. Курила и молчала. Он выдержал год и восемь месяцев ее молчание и дым от сигарет с ментолом, который окутывал их спальню. И вот теперь она снова лежит на кровати безмолвно, курит и не хочет отдавать ключ.

Он догадывался, где Ева сейчас живет. У Фонарина, где же еще? В его роскошных апартаментах, в пентхаусе. Или он снял ей квартиру. Такую же роскошную, где фанаты не портят надписями стены в холле, где круглосуточная охрана и все прочие прелести жизни. Николаю Краснову не хотелось знать подробности. Хотелось только, чтобы она отдала ключ от его квартиры и перестала сюда ходить. Потому что это невыносимо!

— Ну хорошо. Хотя бы объясни, зачем ты приходишь? Ты же ни поесть не можешь приготовить, ни уборку никогда не делаешь. Ты ничего этого не умеешь. Да и не пыталась никогда научиться. А ведь сегодня у домработницы выходной. Неужели ты не видишь, что в квартире грязно? И холодильник пустой. А когда ты уйдешь, здесь повсюду будут окурки! Ты хотя бы за собой убери! Ева! Ну почему ты молчишь?! Если бы ты хоть готовить умела или как-нибудь по-другому выказывала заботу обо мне, я никогда не подал бы на развод. Но от тебя же совершенно нет никакого толку! Ты как мебель в этом доме! Но ты же не табуретка, не торшер. Ты — человек. Ева!

— Фонарин ждет, — нехотя сказала она. — Поехали.

— Как это ждет? Почему ты мне об этом говоришь?

Она не ответила и вытащила из пачки еще одну сигарету.

— Так. Значит, ты опять к нему вернулась. Я так и думал: вы живете вместе. Ева? Если будешь молчать, я никуда не поеду.

— Это сюрприз.

— Какой еще сюрприз? — вздрогнул он.

— Приятный.

Надо же! Сегодня бывшая жена на редкость общительна!

— А Лева? Лева знает?

Кивок. Он понял, что больше из нее не вытянуть ни слова. Ну что за женщина!

— Ладно, поехали, — сказал он нехотя. Потом тоскливо попросил, без всякой надежды на успех: — Отдай ключ, а?

Она отрицательно покачала головой: не отдам. Он давно уже догадался: Ева сумасшедшая. Фонарин, видимо от большой любви, изо всех сил пытается оживить эту сломанную куклу. Даже замуж ее выдал. Ничего не получилось. Она так и не ожила, не превратилась в нормального человека. Бесполезно. Ей бы лежать в четырех стенах, бессмысленно глядя в потолок, и молчать. Коля чувствовал, что здесь таится какая-то загадка, но разгадать ее за два года, увы, не смог. Ева ему никак не помогала, и он сдался.