Книга Княгиня Серебряная, страница 32 – Наталья Андреева

— Добрый вечер, – прервал его мысли Рокотов и широко улыбнулся, явно пытаясь расположить к себе собеседника. – Аркадий Шумов – это вы?

— Я. Присаживайтесь.

— А по отчеству? – спросил блогер, бросив любопытный взгляд на барную стойку.

— Валентинович, – выдавил Шумов, с возрастающей неприязнью подумав: «Любитель выпить?» – А вас?

— Меня можно без отчества. Просто Олег. Я здесь еще не бывал. Что посоветуете заказать?

В голосе блогера обозначился живейший интерес. Судя по фигуре, покушать Рокотов любил. И толк в еде знал.

— Я не любитесь ресторанов, – процедил Аркадий Валентинович. – Мне, в общем, все равно. Я суп заказал. Том ям. И жареную лапшу.

— Понимаю, с работы, – кивнул блогер. – А лапшу какую? Гречневую?

— Послушайте, Олег. Мне без разницы. – Шумов все больше раздражался. – Давайте сразу к делу приступим. Что вам от меня надо?

— Минутку. – Блогер подозвал официанта и с пристрастием допросил его насчет фирменного блюда. После чего сделал заказ. – А дело у меня к вам вот какое. Вы ведь читали комментарии к статье про Воронцову?

— Читал, – нехотя признался Шумов.

— Видели, что написал пользователь под ником Судья Уоргрейв?

— Это наверняка шутка. И не очень удачная.

— Да, но за мной с тех пор следят. Поверьте, это крайне неприятно. Я даже консультировался с адвокатом. Узнавал, можно ли привлечь этого Судью к уголовной ответственности.

Шумов чуть не поперхнулся супом.

— Вы это серьезно?!

— Абсолютно. И мне не по себе.

— Знаете поговорку? У страха глаза велики. А не почудилось вам это? – с сомнением спросил Шумов, задумчиво помешивая ложкой суп. Вон оно куда вывернулось!

— Время покажет. Адвокат, кстати, сказал, что не видит в деле зацепки. Своими, мол, силами надо проблему решать. Вот я и спрашиваю у вас, Аркадий Валентинович: кого хоть мне бояться?

— А почему вы так уверены, что я знаю, кто убил Воронцову? – Шумов пристально посмотрел на блогера.

— Вы справедливо указали мне на ошибку: никакой драки не было. Я сопоставил факты, проанализировал весь материал, который мне удалось раскопать, и вынужден признать, что вы правы. Убийство Воронцовой – это загадка. Вы хорошо знали эту женщину, Аркадий Валентинович?

— Да. Был период, когда Лада выпала из поля моего зрения, – начало девяностых. Я тогда женился, потом дочь родилась. А время было тяжелое.

— Я помню, – кивнул Рокотов.

— Да что вы помните? – снова начал раздражаться Шумов. – Вы какого года рождения?

— Я во второй класс пошел, когда Советский Союз развалился, – по-доброму улыбнулся Рокотов.

— А вот мне было почти тридцать, – сердито сказал Аркадий Валентинович. – Я как раз завязал с хоккеем. Вы даже не представляете, каково это: вдруг проснуться в другой стране. Где дикий рынок и сумасшедшая инфляция. Когда на деньги, за которые еще недавно можно было купить самую дорогую машину, «Волгу», теперь даже швейную машинку не купишь. Что вы так смотрите?

— А почему вдруг швейная машинка? – с любопытством спросил блогер.

— Жена шила, чтобы как-то выжить. Конверт новорожденной дочке из старой шубы перешила. Мне плащ из… Ладно, хватит, – резко оборвал он. – Вы спрашиваете, откуда мне известны подробности уголовного дела? Я про убийство Лады.

— Я понял, – кивнул Рокотов. – И откуда?

— Вы ведь спортивный обозреватель. Кстати, каким видом спорта занимались?