Книга Восемь мстительных богов, страница 12 – Наталья Андреева

* * *

Отцу он позвонил прямо с утра. Тот сразу все понял и спросил:

— Что случилось?

— Не со мной, – сыграл на опережение Снегин.

Папа не мама, истерить не станет, узнав, что чадо во что-то вляпалось, но это выражение лица было Снегину хорошо знакомо. Когда он косячил, на лбу у отца залегала глубокая складка, а глаза делались похожими на шляпки стальных гвоздей. Но прежде чем вколотить эти гвозди в мозги бестолкового сына, Юрий Евгеньевич спрашивал:

— Что случилось?

И молча слушал. Что он в этот момент переживал, одному богу известно, но в ответ всегда выдавал четкую инструкцию: как следует поступить. Мужик, одним словом. Недаром столько лет проработал следователем-важняком.

Вот и сейчас, дав Снегину выговориться, папа коротко сказал:

— Не парься особо. Решение проблемы есть. Хотя мне твоя новая родня не нравится. Ты знакомишься с девушкой, выезжая на криминальный труп ее отца, один из подозреваемых в итоге оказывается твоим свояком, а другой женится на матери твоей невесты. Есть еще этот, как там его?

— Лео, – подсказал Снегин.

— Вот именно. Ходячий криминал в недалекой перспективе, судя по твоим рассказам. А теперь еще и драка, в анемнезе которой – статья сто двенадцать, часть первая, и к доктору ходить не надо. Такое ощущение, что сериал смотрю. А ведь до этого мы жили спокойно.

— Я ее люблю, – надулся Снегин.

— Тот-то и оно, – тяжело вздохнул отец. – Тогда слушай. Защититься от сталкинга в правовом поле России пока непросто. Практически невозможно. Нет в УК такой статьи. Нет прямой уголовной ответственности, и нет мер, чтобы остановить, такого вот Германа. Но! Есть действия, за которые его можно привлечь. Угроза убийством и причинение вреда здоровью, – принялся перечислять отец, – клевета, получение доступа к переписке и незаконный сбор персональных данных, умышленное уничтожение имущества и, наконец, хулиганство. Что у нас есть? Мы ведь должны ему что-то предложить, дабы уговорить на примирение сторон.

— Есть! – обрадовался Снегин. – Он засадил Полине в айфон следящее программное обеспечение! Только Алла его уже удалила.

— Значит, ничего у нас нет, – тяжело вздохнул отец. – А нам надо, чтобы потерпевший написал заявление, что считает вред, причиненный его здоровью, легким и от прохождения судмедэкспертизы отказывается. И согласен пойти на мировую. Тогда дознавателю с согласия прокурора не остается ничего другого, как вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Не забудь про грамотного адвоката. И про расписку.

— Какую расписку?

— В том, что потерпевшим была получена компенсация за причиненный моральный и материальный вред, который заглажен в полном объеме. И претензий к твоему свояку Герман как-его-там не имеет.

— Ты думаешь, он возьмет эти деньги?!

— Я ничего не думаю. Пока. Ты спросил, как свояку избежать уголовной ответственности. Однозначно: мировая. Вот и действуй.

— Я все понял, папа, спасибо.

— Я на связи. Звони в любое время.

«А своей работой мне когда заниматься? – уныло подумал Снегин, дав отбой. – У Аллы много родственников. Главное, Лео, братец ее. Который из ночных клубов не вылезает, а его любовница лет на пятнадцать старше и владеет сетью элитных салонов красоты. Кто бы знал, что головную боль подкинет Антонов! Кстати, надо ему позвонить».