Книга Семь разгневанных богинь, страница 100 – Наталья Андреева

— Это я ему рассказала, – поспешила на помощь Алла. – Он ведь мой парень.

— Подпругу Юлька, похоже, раньше надрезала. Твоя мать не видела в ней соперницу.

— Соперницу?! Ты хочешь сказать, что Юля любила моего отца?!

— Нет, конечно. Она его просто хотела прибрать к рукам. И еще… Выяснилось, что Юля не может иметь детей естественным путем. Она всячески это скрывала, но Ильинский раскопал. Последствия бурной молодости. Вроде как спайки в трубах после незалеченного воспаления. Поэтому Юлька и взбесилась, когда узнала, что у Лени будет третий ребенок, возможно, сын. Она ведь расчетливая сука. А если повезет и Анастейша не выживет? Вдовца легко утешить, если ты все время рядом, на глазах. Хотя ничего бы у нее не вышло. Но Катковой ведь этого не объяснишь, она упертая.

— Почему ты не сказала отцу?

— А смысл? Он поверил, что это я сделала, понимаешь? Леня тоже был упертый. Он мне тогда сказал: «Убийство моего ребенка не имеет срока давности». Я передала его слова Юльке.

— Но есть ведь Ильинский! То есть был.

— А вот тут мы подходим к сути. Я ведь сначала Катковой сказала, что все знаю. У нас с ней искрило еще со дня нашей первой встречи. Ух, как же она меня возненавидела! Мы ведь с ней часто отношения выясняли. Она поклялась меня со свету сжить. Вот и случилось…

— Погоди. Ты ей рассказала, и что? – подалась вперед Алла.

— Она и занялась Ильинским всерьез. Каткова же бывшая проститутка. Профессионалка. Она принялась несчастного мужика обрабатывать. Спала с ним. С женой развела. Наобещала ему небось с три короба. Но он тертый калач, не поверил. Стал за ней следить. О! Ильинский много про нее узнал! А я ему помогала. Ассистировала, – хихикнула Ксю.

— Зачем?

— Защищалась. От Катковой всего можно ждать. Тварь она. Но умная. Я не знаю, что она сделала, но Ильинский ее не сдал. Может, денег много заплатила. Может, продолжала с ним спать. Она со мной такими вещами не делилась. Но зато я посоветовала Сереже подстраховаться. Приготовить на всякий случай конверт с компроматом на Каткову, если вдруг она его кинет. И Сережа меня послушал. Столько времени прошло, кто мог подумать, что этот конверт вдруг всплывет?

Ксю неторопливо допила латте. Все молчали.

— И что ты теперь будешь делать? – спросила наконец Алла. – Юля права? Квартиру тебе теперь тоже придется освободить? Отец ведь не успел ее оформить на тебя.

— Просто я не успела попросить. Все молчала, молчала… Он приходил уставший, издерганный. Я все понимаю: бизнес. Вечные переговоры, партнеры, которые каждый раз пытаются кинуть. Леня падал на кровать и какое-то время просто лежал. Молча. Только я его видела таким. И ни разу, между прочим, не воспользовалась его уязвимостью. Вот и осталась ни с чем. Я понимаю, что ему было невероятно трудно, а я ему плохо помогала, в отличие от Юли. А он ничего, терпел.

— Просто папа никогда особо не верил в маркетинг, – насмешливо сказала Алла.

— Да? А я думала, он хоть немного меня любил.

— Не заблуждайся. Любил он всю жизнь только маму.

— Я понимаю: ты его дочь. Ты меня всегда к нему ревновала, с нашей первой встречи. Так и не простила, что по вечерам он уходил ко мне, а не оставался с вами. С тобой и Полиной. Хотя у меня-то не было рычагов давления на него, как у вас, Петровских. Только моя любовь Леню и держала рядом. Если бы ты только знала, как трудно быть любовницей.