Книга Тайный роман моего мужа, страница 44 – Ванесса Рай

— Да, я помню, что папа любит мятные пряники. А ты же, вроде, сладкое не ешь, — уточнила я.

— Папы дома нет. Он в санатории… Ладно, купи, что хочешь и приезжай быстрее.

К дому моих родителей мы приехали минут через сорок. Если бы я знала, какой сюрприз меня ждет, то не взяла бы трубку или сказала бы, что я смертельно устала с дороги и поехала бы домой.

— Привет … Алёна, — еле выговорила я. Приятное впечатление от отдыха, состояние безмятежности и покоя моментально испарилось. Я снова вернулась к тому, от чего убегала.

Почему мама не сказала, что она живет у них дома?

— Привет… мама в ванной. Сейчас выйдет, — цедит сквозь зубы. Смотрит неприязненно, а с Пашей и вовсе не поздоровалась. Она проигнорировала и не ответила на его приветствие.

Она еще и злиться?! Но за что?

— Вижу, тебя выписали из больницы, — демонстративно смотрю на часы.

— Представь себе! А ты ждала, что меня там замуруют? — в голосе слышатся истерические нотки.

— Паша, подожди меня здесь, — бросаю Костикову и везу обнаглевшую в край сестру в другую комнату. Я не хотела выяснять отношения, по крайней мере, сейчас, но она вынудила меня.

— Куда ты меня везешь?! Мама!!! — орет она.

Про мать вспомнила… сука.

— Ну, давай, начинай. Какие у тебя ко мне претензии?! — в упор смотрю в ненавистное лицо родственницы.

— А сама не догадываешься?! — взвизгнула она, не замечая, что мама стоит на пороге и всё слышит.

— Нет. Проясни картину, будь любезна, — даже не пытаюсь успокоиться. Сейчас не время сдерживаться.

— Ты мне ни разу не позвонила, не пришла в больницу! Так сестры не поступают! — орет она.

— Алёна, Вера приходила к тебе, но ты тогда спала. Она не стала тебя будить просто… и вообще она только сегодня приехала. У нее тоже многое случилось… она с Булатом развелась, — зачем-то оправдывает меня мама.

— Так ты, значит, знаешь, как сестры поступают, да?! Ты творишь дичь, поступаешь как последняя мразь и считаешь это нормой? — изо всех сил душу в себе желание вырвать из этой дешевки клок волос. Физические насилие — не мой конек. Я предпочитаю действовать иначе.

— Ты о чем, Вера? Что она такое сделала? — оглядываюсь на маму и вижу как она смертельно побледнела. Неужели она догадывалась про ее связь с Булатом? Нет, не может быть…

— Она спала с Громовым. И не раз, не два, а систематически. Думаешь, откуда у нее машина, шмотки дорогие? Думаешь, на какие шиши она снимала квартиру, ходила к косметологу, жрала в ресторанах, наконец? — на секунду сглатываю и перевожу дыхание.

— Алёна, это правда? Это правда?! Почему ты молчишь?! Говори!!! — мама трясет ее за плечи, а та даже не реагирует.

— Она тебе не признается. У него же совести вообще нет! Все эти года она улыбалась, ходила ко мне в гости, а за спиной ублажала этого ублюдка … Громова. Из-за нее мы и развелись, — подхожу к Алёне и выхватываю из ее рук мобильник и открываю переписку.

Даже не стерла.

Сохранила на память… стерва.

— На, мама, любуйся, если мне не веришь! — даю матери телефон. В комнате виснет тишина, которая меня только злит. Эта сука сидит, молча. Ей даже в голову не приходит извиниться передо мной, хотя бы попытаться попросить прощения.

— Посмотри на меня. Алёна! — мать с каменным лицом подходит к инвалидной коляске.

Поднимает глаза, а в них … дикая злость.