Книга В поисках королевы, страница 146 – Адриана Максимова

— С ним все в порядке? – с тревогой спросила Кордия. Она не говорила Лейфу, но ей было очень страшно, что из-за магии, которую использовал волшебник и которой пользовалась она сама, ребенок родится мертвым или с уродствами.

— Все самое важное на месте, – заверил ее Лейф.

— Хорошо, – пробормотала Кордия. На нее навалилась свинцовая усталость. – Хорошо.

— Это девочка, – передавая Кордии ребенка, сказал Лейф.

— Дочь, – с нежностью глядя в недовольное личико младенца, улыбнулась Кордия, но, посмотрев на мужа, тут же нахмурилась сама. – Ты, наверное, расстроен? Ведь ты ждал сына, наследника.

— А появилась наследница, – пожав плечами, сказал Лейф. Кордия заметила, что у него дрожат руки. – Что тоже неплохо.

— Я бы хотела назвать ее Рената, в честь твоей мамы – сказала Кордия, разглядывая малышку. – Ты не против?

— Я тоже выбрал для нее это имя. Но мне приятно, что ты предложила его первой, – ответил Лейф, стараясь не смотреть на жену.

— Твоя мама была бы этому очень рада, – тихо произнесла Кордия и поцеловала дочь в лоб. – Добро пожаловать в мир, Рената Андреса Дронт!

В ответ малышка разрыдалась.

* * *

Двое суток после родов Кордия спала. Она просыпалась, когда Лейф приносил ей ребенка, кормила дочь и тут же засыпала. Иногда у нее мелькала мысль использовать магию, чтобы поддержать себя, но на это нужны были силы, а их у нее не было. Ощутив себя в безопасности, она оказалась под грудой прошлых страхов и переживаний, которые накрыли ее, словно обломки разрушенного дома.

— Рени очень похожа на тебя, – глядя на дочь, сказала Кордия и перевела взгляд на Лейфа. Тот хмыкнул. – У нее такие же карие глаза, черные волосы и подбородок.

— Кордия, ей четвертый день от роду, – напомнил он. – И я был бы более рад, если бы она унаследовала твою внешность.

— Здесь мы бессильны, – уложив Рени в постель, сказала Кордия. Взяв тарелку с едой, принесенную Лейфом с кухни, жадно набросилась на обед.

— Кстати, а что случилось с твоей служанкой? – вдруг спросил Лейф. – Она сбежала?

— Ты про Грету? – переспросила Кордия.

— Да, про нее. Давно ее не видел.

— И не увидишь больше, – оторвавшись от еды, Кордия подняла голову и посмотрела Лейфу в глаза. В них читался вопрос. – Грета умерла. Вернее, ее убил Артей. Он столкнул ее с балкона, и она разбилась насмерть.

— Вот как, – растерянно произнес Лейф. На нем сегодня была черная рубашка, волосы гладко зачесаны назад и убраны в хвост, от чего шрамы от порезов графа Локка выглядели особенно ярко. – А ты уверена, что она умерла?

— Да, мы потом общались с ней, и она рассказала, что ее сожгли на жертвеннике, – сказала Кордия, и чувство вины снова горячей волной побежало под кожей. – Вряд ли так поступили бы с живым человеком.

— Что ж, жаль, конечно, – думая о чем-то своем, рассеянно проговорил Лейф.

— Хочешь сказать, что тебя это расстроило? – не сдержалась Кордия, чувствуя, как ее захлестывает негодование. Он ведь причинил Грете столько зла!

— Это Бальтазар должен расстраиваться, – равнодушно ответил Лейф. – Она ведь вроде ждала от него ребенка.

— Это был твой ребенок, Лейф, – помолчав, призналась Кордия. Ей очень хотелось, чтобы он узнал правду, и эта правда сделала бы ему больно. Так же, как было больно Грете. – Я знаю, что ты с ней сделал.