Книга В паутине предательств, страница 129 – Адриана Максимова

Проходя мимо своей комнаты, он решил заглянуть туда. Нола хочет его смерти, может, поджидает его возле постели? Подавив усмешку, Лейф осторожно толкнул дверь и вошел внутрь. Он замер, вглядываясь в темноту. Огонь факелов из коридора не давал достаточного освещения. На столе что-то белело, и король неуверенно шагнул к нему. Тут же остановился, боясь нападения, но ничего не произошло. Он перевел дыхание и, как ему показалось, сделал это слишком шумно. Закусил губу и прислушался. Тихо. Протянул руку к белеющему прямоугольнику, все еще ожидая подвоха. Взял его кончиками пальцев и притянул к себе. В темноте было невозможно разглядеть, что там, и он вышел в коридор.

Почерк в письме был женским и торопливым, некоторые буквы потекли, словно на чернила попала вода. Лейф несколько раз перечитал написанное, и ярость коротким рыком сорвалась с его губ.

«Войска Артея и его союзников захватили порт и заняли Стонвон. Что бы не случилось в крепости, Аталаксия уже не принадлежит Дамьяну. Шиорония вот-вот падет».

Лейф скомкал лист бумаги и, скатав в шарик, покрутил на ладони. Никто не должен знать этих новостей. Никто. Он поднес белый комок к огню, и тот вспыхнул. Король смотрел, как чернеет бумага, и представлял себе, что это его враги умирают один за другим, так и не добравшись до его трона.

* * *

Нолу он так и не нашел, что снова навело Лейфа на мысль: ей помогает сообщник. Или сообщники. Неужели его окружают одни предатели? Он всегда считал, что у него много врагов, но, похоже, Дамьян его переплюнул. А может, они друг друга стоят, и тут все дело в проклятии, которое несут их семьи. Хотя разве оно вынудило их сделать все то, за что сейчас приходится расплачиваться? Или всему виной дурной характер? Лейфу вдруг захотелось обсудить это с матерью: возможно, она знает, как исправить эту ситуацию, хоть она больше и не чародейка.

Столкновение с Гретой произошло так неожиданно, что Лейф шарахнулся назад. Понял, что слишком увлекся своими мыслями и потерял чувство реальности. Грета что-то прошептала себя под нос и посмотрела на него с такой ненавистью, словно он был грязью, в которую она случайно наступила в новых туфлях. Он вспомнил их прошлую встречу, когда она натравила на него скорпионов, и его охватила жгучая ненависть. Ему захотелось задушить эту девицу прямо сейчас и навсегда забыть о том, что у него когда-то была с ней связь. Он даже удивился, почему не сделал этого раньше. Ведь это не только шанс избавиться от проблемы, но еще и насолить Бальтазару! И тут же с сожалением понял, что не сможет этого сделать: ведь тогда на одну ведьму станет меньше, а они и так едва справляются с защитой крепости. А он и так слишком разошелся: вспомнить хотя бы смерть генерала…

— Прячешься от меня? – глухо произнес Лейф.

Грета вздернула подбородок и с вызовом посмотрела на него, не удостоив ответом. Он хотел схватить ее за руку, но заметил, как черный дым окутывает девушку, подобно плащу, и с каждой секундой становится все плотнее, делаясь похожим на блестящий шелк. Его вдруг обдало ледяным холодом и заставило попятиться. Он поднял голову, желая посмотреть Грете в глаза, и увидел в них тьму, – мягкую, обволакивающую, заставившую его дыхание сбиться, а сердце пуститься вскачь.

— Что ты такое… – пробормотал Лейф, чувствую вкус крови на губах.