Книга Тайна острова драконов, страница 24 – Валентина Гринкевич

* * *

Ночная вылазка хорошему сну не способствовала. И три чашки кофе, которые влила в себя за завтраком, помогали слабо. Я сидела в аудитории над учебником по истории магии и то и дело клевала носом. К тому же голос преподавательницы, сухонькой старушки с огромным начесом на голове и совиными глазами за толстыми стеклами очков, убаюкивал не хуже снотворного.

История магии была общим для всех предметом, но аудитория хоть и просторная вместить сразу весь поток не могла. Сегодня мы занимались с воздушниками. У них, как и у нас, был свой отличительный атрибут — металлические браслеты на обеих руках. Браслетов много. И все разные: узкие и широкие, гладкие и с узорами, на некоторых были нанизаны бусины или свисали подвески… Красиво. При движении они чуть слышно позвякивали, поэтому в голос профессорши, читающей лекцию, то и дело вплетались будто легкие переливы колокольчиков.

Я почувствовала на себе взгляд. Обернулась и заметила, что меня в упор разглядывает сидящий на параллельном ряду парень. Воздушник. Пожалуй, его можно назвать симпатичным. Высокий, голубоглазый, с белыми кудрями и очень бледной мраморной кожей. Такие черты часто встречаются у воздушников. А у огневиков преобладает рыжий цвет волос. Это не правило, я вот, например, блондинка, но все же такое вот наблюдение. А у Алины что? Перепонки между пальцев? Не удивлюсь…

Встретившись со мной взглядом, парень улыбнулся уголками губ и опустил глаза. Заигрывает он со мной, что ли? Я покопалась в памяти Нереиды, но никаких намеков на флирт, а уж тем более роман… не нашла. Нереида была по уши влюблена в дракона и никого другого попросту не замечала. Видимо зря.

Преподавательница замолчала и принялась вопросительно оглядывать аудиторию. Похоже, она задала вопрос, который я попросту прослушала и теперь ищет жертву для ответа. Под ее требовательным взглядом студенты будто съеживались и утыкали глаза в парты, надеясь, что выбор падет на другого…

Воздушник, который улыбался мне несколько секунд назад, вдруг поднял руку, вызываясь для ответа.

— Отлично, мистер Сирил. Пройдите, пожалуйста, к доске и покажите на схеме, как переходила власть между правящими родами, и в результате чего это происходило… Какие, так сказать, события способствовали…

Сирил поднялся со своего места, принялся спускаться к доске, на которой были развешаны карты. Проходя мимо меня, он будто случайно задел и уронил блокнот, лежащий на краю стола. Блокнот упал на пол, разворачивая страницы. Парень быстро поднял его и с извиняющей улыбкой, вернул. В этот момент я заметила, что он вложил между страниц, сложенный вдвое листок. Что это? Записка?

Я попыталась скрыть удивление и сделала вид, что ничего не заметила. Упавший блокнот и так наделал много шума в гробовой тишине аудитории и взгляды всех студентов обратились на нас.

Сирил спустился к доске и приступил к ответу, но я его не слушала. Незаметно даже от Лады, развернула записку и прочитала:

«Глаз твоих синее нету,

Волосы подобны ветру.

Не смирюсь я никогда

С тем, что сердце изо льда!»

Ну надо же! Я хмыкнула. Сложила записку и сунула ее обратно в блокнот. Давненько я не получала любовных посланий. Класса, наверное, с шестого. Оказалось, это приятно.

Почерк у Сирила ровный, круглый. Так обычно пишут девочки отличницы. Мой, например, никогда такой аккуратностью не отличался. Я всегда спешила и торопилась, отчего нещадно мазала, сокращала слова и частенько бывало так, что после сама не могла разобрать написанного.