Книга Герои на всю голову. Слабоумие и отвага, страница 33 – Анна Дрэйк

Люциан нахмурился, его рука потянулась к мечу в ножнах.

— Но мы не посыла…

Он не успел договорить — глаза лекаря вспыхнули чёрным пламенем.

— Убить Избранного! — Он выбросил обе руки вперёд. С пальцев сорвались всполохи магии, завихрились чёрным дымом. Кристэриана подбросило в воздух и швырнуло об потолок, потом в стену, словно рукой великана. Да с такой силой, что проломило каменную кладку.

Здание тюрьмы содрогнулось. В воздух поднялось облако пыли и кирпичной крошки.

Судорожно закашлявшись, Кристэриан шевельнулся в куче разбитых камней.

Маг сузил глаза. Воздух вновь завибрировал от магии, но вихрь не успел набрать силу. Его опередил высокий свист. Голова тёмного мага со все еще пылающими яростью глазами покатилась по полу, оставляя кровавый след.

Люциан спрятал меч обратно в ножны и бросился к медленно встающему Кристэриану, даже не обернувшись на поверженного колдуна. Рыцарь с трудом приподнялся, цепляясь непослушными руками за края разнесённой стены. Из разбитого затылка текла ручьем кровь и заливала шею, стекала за шиворот.

— Какого демона?! — Изинбек потрясенно глядел на обезглавленный труп мага.

Люциан подошел к Кристэриану, подставив плечо, на которое тот смог опереться. И придержал его одной рукой за талию.

— Лейтенант, вы как?

— Честно признаться — немного обалдел, — Кристэриан потер лоб, покрытый бисеринками пота и прилипшей пылью. — Что это вообще было?

— Я о самочувствии, — Люциан слегка развернул его к себе лицом и настороженно вгляделся.

Кристэриан дотронулся до разбитого затылка и поморщился от боли.

— Шишка будет знатная. Придется приложить что-то холодное. Бутылка с бренди отлично подойдет, — он выдал абсолютно неуместную улыбку, которая ту же скисла под недовольным взглядом Люциана.

— Нет, лейтенант. Вы сейчас же отправитесь в госпиталь. И это приказ, — сурово произнёс рыцарь-капитан, пресекая попытки Кристэриана спорить. — А вы двое, — он обернулся к Тони и Полу, которые от оцепенения будто приросли к полу. — Немедленно доставить лейтенанта Грандеса в госпиталь. И, упаси вас Равновесие, если с ним хоть что-то случится!

Едва солдаты и Кристэриан вышли из камеры, как Изинбек повернулся к Люциану.

— Нужно сообщить Кайлу.

Люциан коротко кивнул, пристально глядя на маршала.

— Будет сделано.

Но Изинбек удрученно махнул рукой.

— Я сам, — покачал он головой, — Грандес — Избранный. Ужас. Просто кошмар. А ты пока разберись с… этим, — он кивнул в сторону мертвого мага. — Потом можешь быть свободен, — Изинбек еще раз тяжело вздохнул и направился к выходу.

Люциан уладил дела в тюрьме до наступления темноты. Но идти домой даже не собирался, несмотря на поздний вечер. Наглухо застегнув китель с крупными оловянными пуговицами, он отправился в госпиталь проведать Кристэриана. Если Ашандар действительно восстал, то жизнь Избранного — приоритет номер один. Люциан невольно хмыкнул, вспомнив, как перекосилось круглое, заплывшее жиром лицо Изинбека, когда он узнал, что Кристэриан, его личная заноза в заднице, Грандес и есть Избранный.

«Выходит, я командовал лучшим представителем человечества. Воплощением Силы», — Люциан не удержался от улыбки. — «Не плохо, Люци. Не плохо. Впрочем, к чему душой кривить? То, что Грандес не так прост, я подозревал с первой встречи с ним. С самого отбора. Шестнадцатилетний смазливый пацан в клочья разнес десяток опытных матерых рыцарей — достойных представителей полка. Такого я в жизни не видел».