Книга Бывшая главного злодея, страница 25 – Ола Рапас

— О, ты снова проснулась, — проворчал он, недовольно переворачиваясь на другой бок, — какая ты беспокойная. Вечно ерзаешь и что-то бормочешь во сне. Иногда и руками машешь.

Да уж, кошмары, они такие.

— Как…как я тут оказалась? — дрожащим голосом спросила я.

— Что значит «как»? Разве ты не сама пришла в мои покои и уснула в кресле? Все продолжаешь ходить за мной, Хвостик. Даже по ночам от тебя спасения нет.

— Да, но… Не на кровати же.

— А, я тебя сюда перенес. Нечего ютиться, как какой-то беспризорник.

С этими словами он повернул голову ко мне.

— Но… Но… Так не положено.

— Ага, а по ночам приходить в мою комнату, значит, положено?

— Но… Я же твоя невеста! Я не должна делить с тобой ложе до свадьбы!

— Святые драконы, тебе же всего девять, о чем ты только думаешь? — кажется, теперь настал его черед смотреть на меня, как на сумасшедшую, — ты же совсем ещё ребенок! Чему вас там на севере учат?

— Ага, но возраста достаточного, чтобы продавать меня мадам Генриетте!

— Нет же, в таких заведениях маленьких девочек сперва обучают…

Он осекся.

— Боги, о чем я только разговариваю с малолеткой! Спи давай.

Ага, откуда он сам знает о таких деталях организации борделей, я предпочла все-таки не спрашивать. Не бессмертная.

Впрочем, и в свои девять лет леди Лиора выходила весьма разносторонней личностью: то ворует, то замки вскрывает, то ведет разговоры о борделях.

— И не заговаривай мне зубы. Просто сразу признайся, что тебе страшно.

— Мне страшно, — эти слова дались мне довольно легко.

— Пф, трусиха, — насмешливо произнес Крис.

— Сам попросил признаться. Не очень-то здорово отвечать на честность насмешками.

— Я запомню, — сказал парень, а затем добавил, — но твоей чести совершенно точно ничего не угрожает. Я же не извращенец какой-нибудь. Пускай аристократов и обручают с самого детства, но невесту я совершенно в тебе не вижу. Скорее вижу сопливую малявку, коей ты и являешься!

— Я, знаешь ли, тоже не хочу быть твоей невестой, — фыркнула я.

— Не хочешь? — изогнул он одну бровь.

— Не хочу, — призналась я, — хочу быть твоей подругой.

Услышав это, Кристиан не сдержался и гоготнул.

— Ну, не хочешь, значит не будешь. Только не забудь напомнить мне об этом лет через десять, когда придет пора твоего дебюта в обществе.

— Я не настолько маленькая! — возмутилась я, — А что будешь делать все это время ты?

Парень удивился. Его явно никто никогда не спрашивал о таком. Он вздохнул и снова натянул на свое лицо надменную маску.

— Ты очень упрямая и назойливая. Вечно лезешь куда не просят. И дико бесишь…

Просто очаровательное начало. После этого откровения не удивлюсь, если услышу что-то в духе: «поэтому я запру тебя в темнице». Но Кристиан удивил:

— Но ещё ты маленькая и слабая. Тебе может навредить почти кто угодно крупнее кролика. Так что, глупо спрашивать, что я буду делать. Тебя защищать. Очевидно, ничего другого мне просто не остается.

Я почувствовала, как что-то в моей груди начало таять. Кажется, этот парень не безнадежен.

Праздник прошел неплохо. Крестьяне из местных деревень и мелкие помещики приходили в наш дом весь день, выказывая почтение лорду, и поздравляя. А от искренности их улыбок, адресованных Кристиану, у меня не оставалось сомнения в том, что они фальшивые. Несмотря на его юный возраст, местные тоже боялись Криса. Казалось, это только для меня он стал защитником, а потому от такого отношения мне было крайне неприятно и обидно за него. Но блондина, кажется, это совершенно не трогало.