Книга Судьба исправлению подлежит. Шаг первый, страница 13 – Сусанна Ткаченко

Я прикусила губу.

— На нём была техномагическая защита. Это вызвало резонанс и создало временную аномалию, — прошептала я. — Самое страшное, что мы все четверо могли оказаться в прошлом.

Мари встрепенулась:

— Да и что? Давайте все расскажем императору, и их выгонят?! Что они нам сделают? Я в тринадцать лет и не слыхала об этих проклятых техномагистрах. Они были никем.

Я скептически скривилась и покачала головой:

— Не поверят. Во-первых, сработала какая-то смесь магий — нашей и вражеской. И в этом времени, да и в будущем тоже, о путешествиях в прошлое никто и не слышал. Нет таких возможностей и технологий. Во-вторых, я в этом времени — поверхностная, избалованная и взбалмошная девица. Меня и слушать никто не станет. Скажут, что внимание к себе привлекаю таким дурацким способом.

— И что же нам делать? — растерянно спросила Мари.

Она относилась ко мне с глубоким уважением и считала святой. Скорее всего, искренне полагала, что я всегда была непререкаемым авторитетом и мне ничего не стоит все изменить.

Я вздохнула:

— У нас с тобой есть в запасе немного времени. Восстание, убийство императора и снос дворца случатся только через два года. А наследника сошлют через год. Мы с тобой не можем ни на что повлиять, а вот он может. Нам надо с ним подружиться и сделать так, чтобы он нам доверял.

— Нам, госпожа? — удивилась Мари.

— Нам. Мы с тобой вместе отправимся в академию. Я объявила тебя своим облаком и возьму с собой.

Глаза горничной вспыхнули восторгом, а щеки окрасил румянец. Мари еще не утратила присущий молодости оптимизм и жажду приключений. Похоже, и мне надо брать с нее пример, а не поддаваться паническим и депрессивным настроениям.

Я тряхнула головой и улыбнулась — это словно подало Мари знак.

— А что мне надо будет делать? Кто такие эти облака? Я, конечно, на все готова ради вас, госпожа, но хочется быть полезной, а не просто называться! — протараторила она.

В этом вся Мари — ответственная и честная. Про облака она и правда знать не могла, потому что с приходом техномагистров нужда в них пропала, ведь никаких излишков магии у нас и быть не могло — для паучихи забирали не то что излишки, а почти весь резерв. Оставляли лишь крупицы — не больше, чем без проклятых артефактов имели сами техномагистры, чтобы никто из нас не был сильнее их, а они чувствовали своё величие.

— Раньше, при старом режиме, когда маги не отдавали свою силу, некоторым студентам рекомендовалось брать себе облако, чтобы хранить в нем излишки магии на случай спонтанных выбросов или истощения. Если такое происходило, то облако возвращало магу излишки. Людей хранилищем делали очень редко, чаще животных — им все равно, сколько в нем хранится мощи, оно не может вдруг возомнить себя значимой личностью и отказаться возвращать магию, — отведя взгляд, рассказала я.

Именно в этом самом моменте таилась моральная дилемма: наделить облако силой, дать почувствовать ее мощь, а потом забрать — человеку сложно такое переживать раз за разом. Но я для себя уже решила, что ничего не буду у Мари забирать.

— Госпожа, вы переживаете из-за того, что мне будет трудно? — уловив мое настроение, спросила Мари. — Не нужно. Вы же помните, почему дядька хотел сдать меня техномагам на опыты?

Я помнила. Дядька Мари привел девушку к нам в дом, утверждая, что в ней полно неправильной, запрещенной магии. Но Майкл проверил и ничего подобного не нашел. В ней, как и в большинстве простых людей нашей империи, имелся небольшой бытовой (неопределённый, без чёткой направленности) резерв. Майкл хотел ее просто отправить на завод артефактов паучихи, но я сказала, что сама лишний раз сдам кровь, но мне срочно нужна именно такая личная горничная. Мы с Майклом долго ругались, но я настояла на своем.