Книга Спасая Винсента, страница 64 – Джоан Фернандес

— Что касается цен. Как я писала мениеру Роде, я готова обсудить предложения.

— Йохан говорит…

— И скидки, если покупатель захочет приобрести две картины, – Йо повысила голос. – Или одну картину и один рисунок.

— Я думал, вы хотите вторую выставку в Копенгагене? Мадам, вы слишком уж несговорчивы для человека, который обратился к нам за поддержкой.

Прутья плетеного кресла впились ей в ладони. Она писала Роде пылкие письма. Он прекрасно знал, как страстно она хочет, чтобы Винсента увидели за границей. Ей и в голову не приходило, что это могут использовать против нее, чтобы добиться своих целей.

— Выставка только начала работу, мениер Селигман, – продолжила она тихим голосом. – Нам нужно просто подождать.

— С меня довольно! – Селигман со звоном поставил кофейную чашку. – Я передам ваш отказ. Как я его и предупреждал. – Он фыркнул, окидывая взглядом комнату. – Вы женщина из глухой голландской провинции. Вы не справитесь в одиночку. Вы сами убедитесь, что в этом деле нужны друзья.

В последний день августа Йо прогуливалась по площади Бюссюма со своими соседками Анной и Марфой ван Эден. По обе стороны от них за грудами нежной моркови, круглых желтых картофелин и поникшего шпината стояли местные крестьяне. Трехлетние малыш Винсент и Саския, взявшись за руки, бежали впереди. Впервые Йо пришла на рынок без списка покупок для «Виллы Хельма». Забавно, но отсутствие цели заставило ее на несколько часов вновь почувствовать себя юной девушкой, без забот и обязанностей. Она взяла Марфу под руку и лучезарно улыбнулась Анне, которая прижимала к груди спеленутого младенца.

— Сегодня утром я нашла у себя седой волос, – призналась Йо.

— Зато ты сберегла девичью фигуру, – сказала Марфа и похлопала себя по округлым бокам.

— А у меня ноги распухли – спасибо этому сорванцу! – Анна положила руку на головку младенца. Подружки рассмеялись.

— Не понимаю, как можно ждать от женщин, чтобы они все успевали и при этом выглядели как парижские модницы. Я всей душой верю в равноправие женщин, но не могу отрицать, что моему телу пошло на пользу освобождение от дьявольского корсета. – Cмотрите… – Марфа остановилась. – Там крестьянки болтают. – Анна и Йо проследили за взглядом подруги и на мгновение прислушались к веселому гомону крестьянок. – Я так рада! Они впервые устроили себе перерыв. Эти женщины трудятся от рассвета до заката.

— У всех крестьян сейчас нелегкие времена. Если мужья ушли в город на заработки, то на женщин ложится вдвое больше работы, – подметила Йо.

— Женский труд не ценят, – Анна кивнула. – Ян и понятия не имеет, сколько я всего делаю. А ты, Йо, взгляни-ка на себя! Ты заботишься о малыше Винсенте и управляешь пансионом.

— А еще она арт-дилер! – с гордостью добавила Марфа. – Кстати, как продвигаются дела?

— Пока не так хорошо, как я надеялась.

Анна нахмурилась.

— Ян говорит, что редактор «Меркюр» – блестящий журналист. Его статьи должны подстегивать интерес публики всякий раз, как номер поступает в продажу.

— Так и есть, – подтвердила Йо, решив не приписывать себе чужие заслуги. – Общением с клиентами занимается Дрис.

— И что, уже были сделки? – воскликнула Анна. Йо почувствовала прилив теплых чувств к подруге. Анна наконец смирилась с тем, что Йо занимается продажей картин.