Книга Спасая Винсента, страница 85 – Джоан Фернандес

Лицо свекрови было в слезах.

— Я проглядела все признаки! Была так занята собой. Что ты хочешь, жена пастора!

Озадаченная, Йо посмотрела на свекровь.

— Признаки?

— Йо, ты следишь за малышом Винсентом?

Она возмутилась. Так вот в чем дело. Снова критика ее методов воспитания. Она не станет выслушивать очередную лекцию о том, что она позволяет малышу Винсенту слишком много вольностей. Пьяная или нет, свекровь не вправе указывать ей, как растить сына.

— Уже поздно, – твердо сказала Йо. – Завтра много дел. Вы устали. Я тоже.

Глаза свекрови сузились, превратившись в две твердые бусины, налитые злобой. Йо отпрянула, когда та повернулась к ней, выдыхая пары абсента.

— Правда? Устала? Может, дело в том, что приличные женщины по ночам неизвестно где не таскаются? И днем бог знает где не пропадают?

Йо вспыхнула от гнева. Значит, свекровь все же что-то подозревает. Видно, слуги наболтали лишнего.

— Ты говоришь, что работаешь с наследием Винсента.

— Так и есть…

— Ты что, пытаешься делать работу Тео?

Йо побагровела еще сильнее. Невольно на ум пришла картина «Кипарисы». Опрометчивое решение уступить ее Молину, этой назойливому жуку, задело ее за живое. Почему она сдалась? Она устала и плохо соображала.

Но свекровь еще не закончила. Она подняла ладонь с растопыренными пальцами и начала по очереди загибать их другой рукой.

— Поездка в Харлем. Поездка в Гаагу. Поездка в Париж, черт возьми! Ты что теперь, дамочка легкого поведения? Ты рассеяна! Я отказывалась замечать признаки безумия у Винсента, когда он был маленьким. Не повторяй моих ошибок!

— Признаки безумия у малыша Винсента?

Йо бросило в дрожь. Доктор ван Эден уверял ее, что безумие Тео развилось из-за нелеченного сифилиса, а не наследственности. Но она всегда задавалась вопросом: если болезнь была у Тео в крови, могла ли она передаться малышу Винсенту и ей самой?

— Вспомни его дядю. Его отца.

— Матушка, могу вас заверить… – голос Йо угас. А могла ли она быть в чем-то уверена?

— Я предупреждаю тебя, Йо. – Свекровь подняла взгляд на картину. – Мания Ван Гогов коварна. Она в крови. Она появляется и исчезает… но никогда не уходит насовсем.

Внезапно пожилая женщина обмякла. Йо подхватила ее под руки.

— Пора в постель, матушка, – тихо проговорила она и, обняв свекровь за талию, отвела в гостевую спальню в конце коридора.

Позже, лежа в кровати и прислушиваясь к ровному дыханию малыша Винсента, Йо пыталась унять бешеный стук сердца. Свекровь была до беспамятства пьяна, но это не означало, что она не права. Без сомнения, абсент развязал ей язык, позволив излиться невысказанным прежде страхам.

Йо пришлось признать, что и она беспокоилась. Чем старше становился малыш Винсент, тем больше он походил на Тео. Ей вспомнились безумные, изменившиеся до неузнаваемости глаза мужа в лечебнице, и она вздрогнула. Тео никогда бы не передал сыну ничего опасного. Сознательно.

Но если свекровь права и с малышом Винсентом что-то не так, то чем раньше Йо это заметит, тем больше у него шансов на выздоровление. Она не сможет выдержать бешеный ритм, жонглируя всеми четырьмя ролями – матери, управляющей пансионом, арт-дилера и любовницы… От чего-то придется отказаться. Она до сих пор с содроганием вспоминала, как опоздала на поезд, который должен был доставить еще двадцать картин на выставку Воллара. Если бы она только не уступила тогда Исааку.