Книга В поисках дома, страница 29 – Валентина Бёрнс

С самого детства, играя с куклами, Хоуп мечтала о том дне, когда сможет заменить их родными детками.

Даже будучи подростком, она любила детей, присматривала за соседскими детьми и наслаждалась каждой минутой. После времени проведенного с детьми, она никогда не уходила с чувством неудовлетворения. На самом деле, всегда происходило наоборот. Присмотр за детьми доставлял ей удовольствие, которое отзывалось в ее сердце.

Сколько она себя помнила, до того, как ее жизнь рухнула, как карточный домик, она мечтала стать матерью. Хотела дать своим детям то, что ей дарили в детстве. Жизнь, полную любви, безопасности и приключений. Ее родители представлялись ей как самая лучшая работа в мире. И однажды она хотела бы иметь такую же работу. А еще быть художником.

Это была ее мечта.

Реальность же больше напоминала работу в «Морган Констракшен» — наследии ее отца. Финишная черта ее карьерных свершений. Вот почему она изучала бизнес, почему подавала заявки только на работу в сфере бизнес-администрирования и рисовала только в качестве хобби и никогда не пыталась ничего продать.

Потому что все дороги вели к «Морган Констракшен».

Джоэл готовился занять пост генерального директора. Он жил и дышал компанией своего отца. Последние несколько лет почти одержимо, будто в его жизни не существовало ничего, кроме компании. Но для нее это всегда казалось вынужденным. Словно она делала это только потому, что ее для этого воспитали. Как принца Уильяма, готовившегося унаследовать трон. Будто у него был выбор заниматься чем-то еще. Будто король Чарльз просто улыбнулся бы и кивнул, если бы его сын вместо руководства страной решил бы стать дантистом.

В этом заключалась проблема семейного бизнеса. Он направлял вас на заранее намеченный путь, и хотя родители всегда любили ее и поддерживали другие ее интересы, их ожидания всегда были ясны.

Поерзав на месте, Хоуп напомнила себе, что теперь все по-другому. Узнав несколько недель назад, что ее многолетние подозрения оказались правдой, что все это время родители скрывали от нее факт об удочерении, это пошатнуло ее чувство преданности. Итак, если она хотела устроиться на работу няней, почему бы ей, черт возьми, не сделать этого? Это определенно было бы веселее, чем работа, на которую она подавала заявки.

Кроме того, нищим не престало выбирать, и ей нужно платить половину арендной платы.

Итак, она встретилась с взглядом Гейба, надеясь, что выглядит серьезно.

— Вечера четверга, пятницы и субботы, вероятно, самые загруженные. Так что в эти ночи ты будешь возвращаться поздно. Каждую вторую ночь — уже не так поздно. Кроме того, я не против поздних ночей, о чем ты узнал сегодня. И, — сказала она, подняв палец, чтобы заставить его замолчать, когда увидела, что он открыл рот. — Я живу напротив, так что все равно рядом.

— Хоуп…

— Ой, да ладно, Гейб. Ты проверил мои рекомендации, когда я переехала в твое здание, но я могу предоставить тебе больше. Если хочешь, проверь отсутствие у меня судимости. — Она полностью повернулась, глядя прямо ему в глаза. — Гейб, пожалуйста. Я хорошо отношусь к детям, обещаю. Я покажу тебе и Руби. Вы оба полюбите меня в мгновение ока.

В ту же секунду, когда эти слова сорвались с ее языка, она пожелала, что не может вернуть их обратно. Ее голос звучал отчаянно и, что еще хуже, жалостливо. Жалкий приемыш из богатой семьи умолял дать ей шанс быть любимой.