Книга Как я медведя женила, страница 94 – Ксения Васёва

Вампирши же не умеют любить.

— Мой отец — младший сын фон Драгоса, — спохватившись, ответила я Веду, — и как самому младшему, кроме учителей, доспехов и коня ему ничего не светило. В пику отцу и братьям он поехал воевать с империей. Ждал славы и почестей, а получил ранение, и долго прятался по лесам от имперских воинов. Каким-то ветром его занесло в Ладань, к дому молоденькой вдовы-свахи. Ну, сваха его вылечила, сделала сначала холопом, а потом и в мужья взяла. В Полонию отец больше не вернулся, да и наступающая Смута привлекла бы к нему внимание. Но письма с летучьими мышами исправно приходили к нам. Из-за охоты на вампиров, которую устроили в Полонии и в соседних странах, батюшка — единственный из пяти сыновей — остался жив. Кроме него удалось спасти двоих внуков — дочку старшего Янику и Матеуша. Больше из семьи фон Драгоса никто не выжил. Гонения закончились с войной, да и вампиры дали отпор, но... это привело к большим жертвами. Как война светочей и язычников, например.

Я же рано выучила полонский и с удовольствием писала дедушке. То, что дедушка — вампир и полонский граф, стало для меня неслабым таким приветом! Но о поездке в Полонию не могло быть и речи. Пока не появился Бержен.

— Бержен, сын богатых землевладельцев, хотел войти в старую шляхту Полонии. Яника не подходила ему — она старше, и её труднее обмануть. Но кто-то рассказал Бержену о второй внучке фон Драгоса. Рискнув, он отправился в империю.

— И ты влюбилась в него? — с хрипотцой произнёс Руд. Я горько расхохоталась:

— Ещё чего! Я же дочка свахи, и мне положен порядочный муж, а не заезжий полонец! Отец служил при бывшем воеводе, матушка — известная сваха, и я слыла первой невестой Ладани! Мне колечки яхонтовые без всякого Бержена предлагали! Но... зельем страсти никто не поил. Я сходила с ума от плотских желаний, как от дурмана. Ясмина говорила, что количество зелья сделало из меня зависимую, только Бержену было плевать. Ему надо было получить "другую фон Драгос". Воспитание не позволило мне взбунтовать, тем более, Бержен звал меня замуж. Но в Полонии. И я поехала, лишь бы о моём позоре не узнали в Ладани.

Дедушка был рад нашему знакомству. Ради меня он принял бы даже Бержена. К тому же, фон Драгос мало сталкивался с языческой магией. А вот Яника, которая часто ездила в Зелёно-Лесное, заподозрила подвох. Разлучая меня с Берженом, она стала замечать, что я словно просыпаюсь, прихожу в себя. Но стоит приехать "женишку" — и я покорно следую его воле. Янике удалось разлучить нас с Берженом почти на три месяца и найти противоядие — к тому времени я была уже зависима от жениха. Но играя на моих страхах, Бержен смог выманить меня из замка. Старый алтарь в лесу когда-то использовали для обращения в вампиров. По легенде, ритуал действовал только для влюблённых пар, ведь век вампира дольше, чем человека. Бержен посчитал это условие красивой сказкой, мы обменялись кровью, и...

— Я не помню, что было дальше, — бурный поток прошлого утягивал меня, казалось, на самое дно. Сейчас я лежала на ледяной земле, не чувствуя ни рук, ни ног. Сейчас я умирала в полном одиночестве — когда мой дикий крик прорезал ночную тишь, Бержен сбежал. Надо отдать ему должное, он позвал Янику и Матеуша. Вместе с Виславом, помощником фон Драгоса, они притащили меня в замок. Кровь, языческие зелья, травяные настои — в ход пошло всё. Полонский лекарь нашёл у меня обильные кровотечения и переломанные конечности. Человек бы не выжил, но вампирша... вампирша смогла. Бержен лишил меня права остаться человеком. Я пила кровь, чтобы выжить — благо, во владениях фон Драгоса доноров было достаточно. Сказывалась вековое соседство с вампирами. Но я всё равно тяжело принимала себя — такую.