Книга Женить босса срочно!, страница 104 – Алиса Верди

Стоп. Она что…

— Даш, ты плачешь?.. — ошарашенно спрашиваю я.

— Н-нет… — трагическим голосом врет она.

Ага. Конечно.

— Что случилось?

— Меня опять посадили в приемную! — с отчаянием выдыхает она. — Временно! Пока тебя нет!

Я невольно морщусь.

Бедная девочка.

— И?..

— Наташа, тут какой-то ад! Кошмар творится! Срочно возвращайся!

Глава 58

Я фыркаю.

Она просто не привыкла.

— Даш, ну Кравцов всегда такой.

— Нет! — почти вскрикивает она. — Нет, ты не понимаешь! Обычно он просто страшный! А сейчас… сейчас он как будто переживает развод, налоговую проверку и бросает курить одновременно!

Я невольно сажусь ровнее.

— Все настолько плохо?

— Наташа, он сегодня довел айтишника до заикания! — громким шепотом сообщает она. — Потом сказал Сергею Петровичу, что его отчет выглядит так, будто его писал "очень уставший енот". А потом…

Она судорожно всхлипывает.

— А потом он… сорвался на принтер.

— Он что?..

— Принтер зажевал бумагу, и Кирилл Олегович сказал, что "уважает стремление техники к самоуничтожению" и велел вынести его на помойку! Ты прикинь? Нормальный принтер!

Я закрываю глаза.

— Потом Андрей из продаж спросил, можно ли перенести встречу на четверг… — продолжает Даша уже совсем убитым голосом. — И знаешь, что ответил Кравцов?

Мне уже даже страшно спрашивать.

— Что?

— "Можно. А еще можно уволиться. Выбирайте."

Я все-таки не выдерживаю и нервно фыркаю.

— Даша, ну он же не всерьез…

— ВСЕРЬЕЗ! — с ужасом выдыхает она. — Андрей реально потом пошел писать заявление! Его всем отделом отпаивали водой!

О боже…

— А еще, — трагически продолжает Даша, явно войдя во вкус, — он сегодня двадцать минут смотрел на таблицу, что ему прислал Лапшин, а потом сказал: "Нет, это не цифры. Это оскорбление моего интеллекта."

Я закрываю лицо ладонью.

Это уже как-то слишком даже для Кравцова.

— И знаешь, что самое страшное? — шепчет Даша.

— Что?..

— Он спокойный.

Я моргаю.

— В смысле?

— Вот именно в этом и ужас! — почти пищит она. — Он не орет! Лучше бы орал! Он сегодня сказал юристам: "Я понимаю, что вы старались. Хотя нет. Не понимаю."

Я все-таки начинаю смеяться. Не потому что смешно. Хотя… нет, немного смешно тоже.

Просто это уже какой-то абсурд.

— Наташа, не смейся! — почти плачет Даша. — Ты не видела его лицо! Он сегодня посмотрел на меня, и я забыла собственное отчество!

Я утыкаюсь лбом в колени, пытаясь перестать хихикать.

— А еще он все время про тебя спрашивает.

У меня внутри что-то дергается, и смех застревает в горле.

— Что значит "спрашивает"?

— Ну… не прям спрашивает, — быстро поправляется Даша. — Но периодически выходит и такой: "Лебедева не звонила?" Или "Лебедева не приходила?" Или вообще просто стоит посреди приемной и смотрит на твой стол так, что мне хочется вызвать священника.

Я закрываю глаза.

Нет, Наташа. Только не начинай опять что-то себе придумывать.

— И что ты ему отвечаешь?

— Правду…

— И?

— И после этого атмосфера становится еще хуже, — трагически шепчет Даша. — Сегодня после фразы "Лебедева не появлялась" он посмотрел в окно и сказал: "Ясно."

Я невольно фыркаю.

— Ну и что?

— НАТАША! Ты не понимаешь! После этого он пошел и уволил нашего начальника логистики!

— ЧТО?! — открываю я рот. — Лапшина?!

— Да! Вообще ни с того, ни с сего, представляешь?