Книга Небесный всадник. 4 том, страница 143 – Кирико Кири

И в этот момент всадницы, наверное, сами того не осознавая, показали, насколько они близки несмотря на то, что находились по разные стороны баррикад.

За несколько секунд собрался целый рой всадниц, который устремился дружной гурьбой к конечности. Ну и я присоединился, а то фигли.

Мы ударили единым целым. Касаться конечности могло быть самоубийством, но каждый дракон, пролетая мимо, обдавал её пламенем. Первый, второй, третий — отплевавшись при пролёте рядом с лапой, они тут же заходили на второй круг, замыкая кольцо. Пламя сжигало чёрную плоть конечности, а ледяное заставляло её замерзать и трескаться, осыпаясь кусками. И когда нас четыре десятка, её можно было сравнить с горелкой.

И они её прожгли. Просто отрезали огнём, и лапа с грохотом, подминая под собой лес, рухнула на землю, растекаясь вязкой чёрной жижей. К месту падения уже устремились всадницы, а между остальными пробежала команда.

«Отступление!»

И все бросились в разные стороны.

Я не задавал вопросов, летел вслед за другими и, лишь обернувшись, понял замысел. Огромное чудовище, которое явно хотело потягаться с Бурдж-Халифой и явно было недалеко от этого, когда ему на голову сбросили ещё один снаряд.

Светящаяся звезда упала прямо промеж трёх червеобразных голов. Несколько долгих секунд ожидания и, бомба рванула.

В разные стороны полетели ошмётки чёрной плоти. Три головы, что вились, как змеи, оторвало, и они с грохотом, заставив содрогнуться округу, рухнули на землю, подняв облака пыли. Огромный ствол, на котором они держались, разворотило розочкой. Округа просто утопала в чёрном дерьме, которое не успевало впитаться в землю.

Но там, где маячила победа, оказалось, что мы сделали только хуже. Из развороченного тела полезла новая туша, раздуваясь в размерах. Теперь башка напоминала огромную пасть аллигатора, сплошь усеянную глазами. Изнутри вместо языка поднимались всё новые и новые щупальца, растягиваясь в разные стороны.

Что сделали наши? Правильно. Сбросили в неё ещё одну бомбу.

Пасть разворотило следом за теми червями, а из тела полезло вообще что-то хтоническое, отдалённо напоминающее… безумие. Будто до этого мозг ещё мог обработать увиденное, найти хоть какие-то сходства с тем, что мы знали и видели, но теперь забуксовал. Этому не было ни описания, ни сходства с чем-либо виденным, по крайней мере мной. Щупальца? Лапы? Это нихрена не описывало тварь. Оно просто было, оно просто ломало восприятие, можно было описать лишь его дух.

Дух конца.

Конца всего мира.

И оно теперь могло посоперничать с Бурдж-Халифой, затмевая собой и солнце, и небо. Были только мрак и ужас.

Это невозможно было убить, сама мысль была смехотворной. Эта мысль была даже не моей — что-то извне вселяло её в нас. Оно вселяло её в нас, и я видел, как всадницы одна за другой будто начинали осознавать это. И вместе с мраком пришло видение.

В глазах начало темнеть.

Передо мной появились чёрные, как смоль, глаза. Они были будто и в реальности, и в моей собственной голове, заглядывая мне едва ли не в душу.

Узнаю… Узнаю вас… всегда таких… вы не похожи на них…

Голос звенел в голове, но вместо страха я почувствовал… ярость. Не желание броситься прочь, а… убивать.

Нечто перед глазами, казалось, лишь улыбнулось моей реакции. Оно отдалилось от меня, пошло прочь, напоследок обернувшись и показав кое-что в руке. На кончике его когтя сиял ледяным светом шарик, искрящийся внутри. Тот самый, который я однажды видел. Видел в ледяной пещере, способный пробудить даже снежную бурю.