Книга Крик потревоженной тишины. Книга 2, страница 32 – Матвей Дубравин

— Увиливаете? – с иронией спросил работник.

— Хорошо! Так и быть, – смирился Маркус. – Смотрите.

Сотруднику стало больно в глазах. Он почувствовал, что не может прочесть надпись на конверте, который держал в руках. Буквы стали очень резкими и словно царапали глаза. Работник в страхе снял очки, чтобы протереть глаза, и резь пропала. Но теперь он увидел мир чётко. Он понял, что очки ему больше не нужны. Его зрение стало таким же, каким было в годы юности, когда работа с бумагами ещё не испортила его.

— Что… вы сделали? – не понял он, изумлённо глядя на усталого Маркуса.

Тот запыхался.

— Одно из Явлений Закона – даровать здоровье, – пояснил Маркус. – Вы много читаете при свечах. У вас проблемы со зрением. Я лишь подправил хрусталик. Теперь изображение фокусируется у вас строго на сетчатке. В общем, на несколько лет вы сможете забыть про очки. Увы, потом они снова вам пригодятся, если вы не поменяете образ жизни. Ну, теперь я могу отнести вице-королю письма?

Работник чуть ли не со слезами на глазах смотрел на посетителя. Он душевно кивнул, встал со стула и быстро нашёл в одном из ящиков стопку писем, отдав их Маркусу.

— Благодарю вас, – склонил голову Маркус и направился к выходу.

— Это я вас благодарю, – отозвался работник.

— Не стоит. Я – лишь слуга Закона. Так, так, так… – Последние слова Маркус уже проговорил себе под нос.

Из сорока двух полученных писем он нашёл одно, написанное Ахелем, и, поднимаясь по служебной лестнице к верхним этажам, спрятал его к себе в карман. Так он поднялся до нужного этажа и увидел заветную серебряную дверь. В приёмной сидел Элфор. Он сильно удивился, увидев, что Маркус несёт письма, и нервно прищурился.

— При всём моём уважении, – сказал Элфор таким тоном, что было ясно: уважения у него ни на грамм, – такая самодеятельность тут ни к чему. Ну да ладно, – бросил он. – Вам нужен вице-король? Я сейчас посмотрю, может ли он вас принять.

«Любимчик Алена из Ордена Отречения», – отметил он про себя.

— Снимайте плащ. Я скоро буду! – подытожил Элфор и вошёл в зал, где работал сам вице-король, плотно затворив за собой дверь.

Маркус не стал отказываться от предложения повесить плащ и аккуратно разместил его на крючке.

Приёмная была красивая: выложенная коврами из натурального меха, украшенная лепниной на потолке с изображениями разных исторических событий. На стенах красовались изысканные натюрморты с яркими цветами в прозрачных горшках. Добротный стол, за которым работал Элфор, был украшен разными безделушками. Также там рос в горшке один бонсай, приятно радовавший глаз. В углу, несмотря на тёплую погоду, пылал камин – обязательный элемент аристократического интерьера, рудимент давних времён, когда дома были куда холоднее.

Языки пламени, лизавшие струи тёплого и сухого воздуха и закусывающие поленьями, жадно приняли в свои недра ещё одну подкормку – конверт с письмом Ахеля. Огонь сжёг конверт полностью, превратив его в кучку пепла, неотделимую от древесного праха, заполнявшего всё дно старинного камина.

После обморока от крайнего истощения Гарп стал понемногу приходить в себя. Сначала он только слышал какие-то звуки, но его сознание продолжало спать, показывая ему сны вместо реальности. Потом голоса начали причудливо смешиваться со снами и озвучивать действующие лица. Это раздражало.