Книга Глубокий рейд. Кляксы, страница 132 – Борис Конофальский

* * *

Второй и третий взводы стали собираться, едва начали сгущаться сумерки. Саблин пошёл смотреть. Жалко ему было «свой» БТР; теперь из него выгрузили всё имущество первого взвода и грузили имущество второго.

— Ну и ладно, — философски заметил урядник Каштенков, глядя на всё это. — Зато сотник отсюда уедет.

— Да не грустите, казаки, — смеётся над ними командир второго взвода Серафим Колычев. — Вернём мы вашу «броню» в целости и сохранности.

— Уж я запомню, про целость и сохранность, — обещает ему Саня. — Имей в виду, Серафим, я с этим БТРом намаялся.

— Да не волнуйся Александр, всё будет хорошо, — уверяет Саню Колычев.

Но ни второй, ни третий взвод ещё не уехали, как с дороги, от моря, в котором длинным белым пятном отражалась луна, свернула к ним на возвышенность мотолыга с миномётом. Подошла тихо, на удивление, без включённых фар. Саня позабыл про свой БТР и сразу к мотолыге. А от неё вернулся с молодым прапорщиком Малютой. Тот подошёл к Саблину и, протягивая руку, вдруг здоровается с ним совсем не по уставу:

— Здорово, дядя Аким.

— Здорово, Вася, — отвечает Саблин. Он знает парня с детства, они с его отцом Андреем даже рыбачили одно время вместе, а у младшей сестры Василия, Дарьи, Настасья Саблина была крёстной.

— Сотник приказал тебе одну трубу (миномёт) оставить и сорок мин, — продолжает прапорщик. — Показывай, куда ставить, куда сгружать.

Несколько казаков позвали помогать выгрузке мин, но разгружать транспорт сразу не стали. Саблин, Малюта и урядник Пётр Журавель, заместитель Малюты и командир первого расчёта, взяли планшет Саблина и пошли искать место для миномёта. Открыли карту на планшете, осмотрелись, ещё прошли немного…

— Тут, — сказал Журавель, бывалый казак с седыми усами. Он вглядывается в карту. — Да, хорошее место, тут я вам на позиции кляксам накидаю, а если скажешь, то и на скалу закину.

— А вот сюда? — Аким указывает на склон, близкий к скалам. Минное поле, которое обнаружил сержант Павлов.

— Тут малость камень этот мешает, тогда трубу метров на тридцать повыше перенесу, — прикидывает Журавель. Они проходят дальше, и урядник говорит удовлетворённо: — Тут и грунт получше.

— Ну что, тогда тут ставим? — спрашивает Малюта.

Как раз к этому времени небо стало затягивать тучами, потемнело сразу, а мотолыга поползла на склон, потащила на позицию миномёт и мины.

И тогда Журавель говорит прапорщику:

— Я слыхал, тут дождь каждый вечер бывает. Он тут вроде наших зарядов.

— Я тоже это слыхал, но вот сегодня что-то не было, — отзывается тот.

— А мне уже сказали, что вы на сегодня атаку затеваете. В ночь, — продолжает миномётчик.

— Я сам толком ничего не знаю, — едва подавив раздражение, отвечает Аким. — Из начальства Таран остаётся, так вот он и будет решать.

— Ах вон оно как, Таран, значит, — размышляет вслух урядник. — А мне наш прапорщик говорил, дескать, всё уже решено, что сегодня вы и начнёте, подгонял нас. Всё боялся, что опоздаем. А вы тут ещё и сами не знаете.

«И сами не знаем…».

— Вы, урядник, окапывайтесь получше. Кляксы к нам на скалу мину сегодня закидывали, сюда тоже могут.

— Да уж насчёт этого не беспокойтесь, товарищ прапорщик, китайцы нас в земле ковыряться приучили так, что будьте здоровы! Не хуже термитов копаем.

Казаки из первого и четвёртого взвода пошли помогать. Конечно, никому не охота таскать тяжеленные ящики с минами, но казаки знали: миномёт — большая сила, случись дело — лишним не будет, так что относились к заданию с пониманием. Миномёт отцепили, и прапорщик Малюта попрощался и уехал. А Саблин, Каштенков и Журавель сели разглядывать карту. Аким скачал свои пометки на карту миномётчика и теперь объяснял ему всё.