Книга Безназваныш, страница 158 – Андрей Рымин

Вопрос глупый. Просто выплеск эмоций. Я уже неоднократно пытался, опираясь на логику, заставить учителя изменить формат лекции. Трата времени. Всё равно, что общаться с голографической записью. Игнорирует. Реже делает замечания вроде: «Не отвлекайся», «Все вопросы только по теме занятия» или «Формат обучения не подлежит изменениям».

И какого же было моё удивление, когда учитель внезапно ответил. Причём, утвердительно.

— Могу, — кивнул Белый. — Насколько быстрее? В процентах?

Дно вселенной… Я не о том его просил. Ускорить лекцию невозможно, а вот ускорить лектора…

— Какова максимальная скорость?

— Пятьсот процентов.

Пятикратное ускорение… Сколько времени потрачено зря. Если Хо уже догадался, что Белого можно ускорить, он вот-вот нас настигнет. То есть, мог бы настигнуть. Звёзды дали мне шанс. Раз мой бывший друг ещё не догнал нас, значит уже никогда не догонит.

— На пятьсот.

— Хорошо. Продолжаем.

Отлично! Произнесённые предельно ускорившимся Белым слова мне понятны. Через минуту я окончательно убеждаюсь в том, что и быстрая речь голограммы, и мелькающие на экране-стене рисунки и схемы воспринимаются мной совершенно нормально. Я тяну эту скорость. Марго не придётся торчать тут годами. Мы промчимся по Истине ветром.

* * *

Забываем про хижины. Изученный мной в этом квадрате внутренний конструкт прост, как всё гениальное. Я создал его за неполный час и потратил ещё пять минут, ушедшие у Марго на копирование. Никакие укрытия и костры, как источник тепла, нам теперь не нужны. Обогреватель, как назвал Белый данный программный код, расходует очень мало энергии. Хоть часами валяйся в снегу — не замёрзнешь. После этой ступени, все добравшиеся до этого сектора Идущие продолжали и продолжают свой Путь с куда большим комфортом, уже не отвлекаясь на борьбу с суровым климатом высоких широт.

И полученный подарок сейчас нам особенно к месту. Пришедшая на пояс зима засыпает речную долину снегом. Мы на Истине уже больше трех месяцев. Продолжаем подъём по ступеням. У меня нет сомнений, что их впереди ещё много.

* * *

Наконец-то! Мы только что продвинулись к северу. Текущая всё это время с востока на запад река на четырёхсотом секторе внезапно свернула направо, чтобы, сделав двойной изгиб, вернуться к привычному направлению на четыреста первом. Этот круг завершён. Начинаем второй.

— Поздравляю! Мы совершили кругосветное путешествие.

— Это повод для радости? — невесело пробурчала Марго.

— Мы чуть ближе к Вершине, — пожал я плечами.

— Я чуть ближе к тому, чтобы тронуться. Сколько мы уже скачем по этим проклятым квадратам?

— Ты примерно полгода. Я семь лет с небольшим.

— По тебе оно видно. Уже взрослый мужик. Пора бороду стричь.

— Мне она не мешает.

— Мне тоже. Хоть весь волоснёй обрасти, лишь бы мылся почаще. Воняешь, как бездомный пропойца.

— Потерпишь. На это нет времени.

— Время, время… — вздохнула Марго. — Только и слышу от тебя, что про время. Я точно рехнусь тут с тобой. Ещё месяц-другой этой ублюдочной жизни — и у меня тоже крыша отъедет. Вот посмотришь, превращусь в то безмозглое чучело, которое ты не смог усыпить.

Это она про лишившегося рассудка Вилара, встреченного нами в нескольких секторах отсюда. Тот не справившийся с веками одиночества человек, бросив обучение, застрял на триста девяносто четвёртой ступени. Не знаю, сколько времени он уже там провёл, но скопленный в пути по Истине отмер пока ещё позволяет ему продолжать свою утратившую смысл жизнь.