Онлайн книга «Альтернатива»
|
— Пока все логично. На месте Маска каждый бы пригласил тебя, Сэм, – включился в разговор до того молчавший и пивший свой крепкий кофе Дэвид. — Пока да. Но была еще одна история. Реальная причина моего увольнения из армии – это вскрытая мною коррупция в армейских структурах. Знакомый журналист, погибший позже при странных обстоятельствах, успел мне передать материалы о нарушениях в системе Big A. — Что это? – заинтересовался Чертофф. — Так мы называем схему приобретения Министерством обороны США вооружения и военной техники. Был компромат и на руководство Пентагона, и на Управление перспективных исследований и разработок нашего министерства[103]. Маск, когда приглашал меня в Белый дом, видимо, знал эту историю, несмотря на то что предыдущее руководство вроде бы ее замяло. И вот сейчас, когда планы президента перестали быть тайной, я понимаю, что он пригласил меня не для наведения порядка, а для легитимности нашей военной капитуляции перед русскими. Он полагал, что, обиженный на армию, ее руководство и коррумпированный оборонный комплекс, генерал не будет препятствовать сокращению ядерного вооружения, военных баз за рубежом, раздутых доходов ВПК. И если бы это были разумные масштабы, то я бы поддержал президента. Но я не приходил на роль агента похоронного бюро. — Любопытно, Сэм, – протянул Макинтайр, вспоминая разговор в своем доме. – Ты мне ничего не рассказывал про твои разоблачения оборонных заказов Пентагона. — А ты бы спросил своего друга Уоррена, – недобро усмехнулся Сэм. — Все сложнее, джентльмены, – задумчиво произнес Дэвид и на слове «джентльмены» подумал, что это роднит Сэма и Теда, чьи предки родом из Великобритании. — Маск – гений, – продолжил Чертофф. – Мы лишь спустя какое-то время сможем оценить задуманное им. Но он своими планами привел в движение самые темные глубины нашего «глубинного государства», и из Марианской впадины мутной вашингтонской политики стали всплывать такие мегалодоны, о существовании которых мы и не догадывались, полагая, что это давно вымерший вид. — Этих мегалодонов наша стратегическая инициатива не заинтересует? – поинтересовался Кенингем, наливая себе уже третий стакан виски. — Они о ней прекрасно знают. Некоторых привлекло именно предвкушение большой крови и наживы. Вообще, Сэм, выгуливая в парке пригорода Вашингтона своего пойнтера рядом с каким-нибудь невзрачным старичком, плетущимся за своим страдающим эпилепсией биглем, ты даже представить не можешь, какой хищный и беспринципный монстр движется рядом с тобой. — Ты об участниках наших бункерных посиделок? — О некоторых, – кивнул Дэвид. – И в случае нашего провала никто даже не заметит нашего с вами исчезновения. А мы ведь не последние люди в Белом доме. Собеседники молча переваривали удручающий прогноз Дэвида, пока не заговорил Макинтайр: — Глупо, конечно, но мне накануне приснился дурной сон… Как бы не оказался пророческим… — Заинтриговал. — Меня казнили. — На электрическом стуле? – поинтересовался Дэвид. Макинтайр отрицательно мотнул головой: — Расстреляли… — Бедняга, Тед. – Министр обороны уже был на своей волне. — Это были славные добрые времена Гражданской войны. Мне снилось, что генерал Роберт Ли осудил меня, конфедерата, за дезертирство после битвы при Геттисберге. Я стоял, привязанный к столбу, с черной повязкой на глазах, и чувствовал, как в меня летят пули. Пули Минье, выпущенные расстрельной командой из нарезных мушкетов Springfield, летели медленно, я слышал и словно бы со стороны видел их завораживающий, по спирали, полет с хлестким подсвистом. Я почувствовал пороховой удар и въедливый запах серы. Я отчетливо знал, как свинцовые куски глухо будут вонзаться в мою плоть с фонтанами крови, рвать плоть и мышцы, дробить кости, пробивать тело навылет… Было ощущение невыносимого ужаса от того, что я хочу остановить этот ночной морок, проснуться, но не могу… |