Книга Альтернатива, страница 255 – Александр Журавский

— И что Путин?

— Он внимательно выслушал меня. И сказал примерно так: «Спасать человечество – непростая задача. Нельзя ею заниматься факультативно. Если твои декларации соответствуют твоим намерениям, Россия тебя поддержит. Ты – опытный бизнесмен, но все еще молодой политик. Путь многих политических лидеров вымощен благими намерениями, но ведет к катастрофе. В бизнесе можно проиграть и все начать с нуля. В политике чаще всего game over – это финал. Но даже если ты проиграешь, а битва была за людей, если цель твоя была благородна, а намерения чисты, то все не зря. Однако лучше все же победить. Причем победить можно только вместе с Россией. Иной альтернативы нет. И хотя в мировой политике чаще побеждают прагматики и беспринципные циники, в истории остаются имена романтиков и идеалистов. Именно они – движители истории человечества. В конце концов, всегда находится Геракл, который чистит авгиевы конюшни политики, устанавливая нормальность новой чистоты».

Время визита истекало. Президент Маск сфотографировался со съемочной группой и отбыл в аэропорт. Из кинокластера недолгий путь американского президента лежал во Внуково–2, откуда президентский борт отправлялся в Крым, где в тот же день должна была состояться встреча с творческой молодежью в арт-кластере «Таврида». Далее по программе планировался переезд в Ялту, где начнет работу Вторая Ялтинская конференция.

Россия, Крым, арт-кластер «Таврида»,

10 мая 2034 года, утро

Ева уже второй час находилась на открытой веранде ресторана аутентичной крымской гастрономии в состоянии нирваны. После вчерашней шоковой информации от агента Тора и в преддверии планируемых стрессовых ситуаций Домбровская воспользовалась одной из своих методик аутотренинга. Она давно уже научилась отключать мозг от измождающей мыследеятельности и входить в состояние деконцентрации – ментального покоя. Вот и сейчас, сидя в кресле, положив голые ноги без обуви на складной стульчик, подставив лицо под лучи крымского солнца, Ева погрузилась в состояние блаженного безмыслия. Чистое созерцание. Синие и прозрачные воды тихой бухты Капсель омывали справа мыс Алчак, а слева – глубоко вклинившийся в море легендарный мыс Меганом. Именно на нем, по греческому преданию, Одиссей одолел одноглазого циклопа Полифема и здесь же через подземный тоннель близ зловещих скал Карадага спускался в Царство мертвых, где правил Аид. Впрочем, более распространенная и научно обоснованная версия связывает предание о входе в Царство мертвых с другими локациями – например, с древнегреческим храмом Некромантеоном, посвященным Аиду и Персефоне и расположенным близ реки Ахерон, в четырехстах километрах от Афин. И Ева, конечно, все это знала. Но в состоянии деконцентрации все рациональное растворялось в невозмутимом отражении сознанием наблюдаемого мира. Мыс Меганом – место силы с магнитной и вулканической аномалией, центр паломничества мистиков, нудистов и просто странных людей – был в настоящий момент для Евы всего лишь фигурным элементом природного ландшафта. Припекающее майское солнце, плюс восемнадцать и морской бриз способствовали медитативному покою, грубо нарушенному чьим-то внезапным вторжением: