Онлайн книга «Альтернатива»
|
— Тед, – обратился к сенатору Генри, – наши оружейные бюджеты сокращаются. А если Маск начнет выполнять свои предвыборные обещания… — Ну он же не идиот! — Он самый богатый человек в этом мире, Тед, – эмоционально включился в дискуссию Уоррен. – Выборы – это часть его бизнес-стратегии, чтобы стать еще богаче. — Уоррен прав. И оружейное лобби, и Уолл-стрит в недоумении. Тед, мы знакомы давно и всегда находили общий язык. Не все, что хорошо для Маска, хорошо для Америки. Вспомни DOGE[44]. Там, где появляется Маск, другим бизнесменам делать нечего. Для нашего оружейного бизнеса наступают тяжелые времена. Мы должны помочь друг другу. Собравшиеся обменялись многозначительными взглядами и перешли к обсуждению общих планов. Глава 24 Возвращение домой. Новые утраты Рассвет холодною ехидной Вползает в ямы, И в джунглях сырость панихиды И фимиама. Одиннадцать лет комы. Переживание вины за смерть отца. Первая за десятилетие прогулка по заснеженным улицам неузнаваемой Москвы. После таких психологических испытаний в теплом салоне такси сморило даже стрессоустойчивого Ратникова. Кирилл спал и видел сны. Вот он и отец смотрятся в зеркало, а мать обнимает отца сзади и просит их обязательно вернуться к Восьмому марта. А вот он с женой и доченькой Катюшей собираются в дорогу. Садятся в поезд. Шумно заносят вещи в купе и основательно располагаются, ведь впереди почти двое суток дороги. Романтика! И никто не дернет по делам. Ратников спал, прижавшись лбом к холодному стеклу, и улыбался во сне счастливой улыбкой. За окном проносились потрясающие и неизвестные ему новые московские ландшафты. Но он их не видел. Ему снился поезд и мелькающие снежные пейзажи за окном натопленного купейного вагона, где едет его счастливая семья. Легкий аромат растворимого кофе, сладкий чай с угольным вкусом и лимоном, Верочкины бутерброды с колбасой и сыром. Все веселятся и дурачатся, он декламирует стихи Есенина: Дорогая, сядем рядом, Поглядим в глаза друг другу. Я хочу под кротким взглядом Слушать чувственную вьюгу… Дверь купе резко отъезжает в сторону, и зашедшая фактурная проводница сообщает неожиданно милейшим голосом: — До завершения поездки остается одна минута. Кирилл с дочкой смотрят на нее с недоумением: — Как? Почему?! Но проводница с фигурой неваляшки – полный диссонанс образа и голоса – ласково повторяет предупреждение: — До завершения поездки остается одна минута. И тут Кирилл проснулся. — До завершения поездки остается одна минута. – Оказывается, это Альта извещала его о прибытии к месту назначения. Ратников сладко зевнул и, окончательно проснувшись, попросил: — Остановитесь здесь, пройдусь пешком. Машина плавно затормозила, на цифровом экране отразились километраж, средняя скорость, время и стоимость поездки. Кирилл удовлетворенно кивнул и вылез на морозец из теплого салона. Идти до дома пару минут. Улыбаясь на ходу снам и воспоминаниям, предвкушая волнительную встречу с домочадцами, Ратников направился в знакомый переулок. Но чем дольше он шел, тем большее недоумение испытывал. Прежде темный переулок был по-дневному освещен. Движение по нему стало односторонним, а пешеходная часть была расширена и украшена занесенными снегом гранитными вазонами. Под обновленной фасадной облицовкой и витринами еще угадывались знакомые кирпичные дома, но рядом уже выросли гиганты из стекла и бетона. Прежний переулок был неузнаваем. |