Онлайн книга «Альтернатива»
|
— Да понял я, понял… Отключив трубку, с ревом Scheisse![13] он разнес офисным креслом попавшийся ему на пути стеклянный лабораторный шкаф. — Говно за ним подчищай, тварюга! – резко выдохнул он и открыл ногой дверь в соседнее помещение. Там три «азовца» в мультикаме[14] с офицером харьковского подразделения ГУР в штатском спешно уничтожали флешки, DVD, документы и компьютерные хард-диски в инсинераторных печах биолаборатории. Влетевший командир на ходу подхватил со стола стопку лабораторных журналов и швырнул их в печь, ловко переходя с русского на мову: — Москалi рядом! Швидше![15] Один из «азовцев», лысый и крупный детина с колоритными казачьими усами и штурмовой винтовкой «Форт–221» за спиной, с трудом разогнулся, вытер тыльной стороной ладони пот с багрового лица и недовольно ответил: — Куди швидше?! Поможи краще! Но командир отправил подчиненного в дальнее историческое путешествие изучать исправительный опыт Третьего рейха: — Jedem das Seine![16] Усы детины зашевелились от негодования. — Нестор, ти задовбав. Що-небудь забудемо! Однако Нестор был на изрядном нерве и спуску подчиненному давать не собирался, хотя бы и на смешанном русско-украинском говоре: — Я те забуду, сука. З твоiм донбаським досьє тiльки розмовляти. Тебе або сепари ує…ошать, або довiчно на русню i жидiв iшачить будеш. Детина скрипнул зубами, схватил с пола охапку бумаг и со злобной ухмылкой под восставшими усами швырнул все в печь: — А твiй Зеленський хто? Чи не жид, чи що? Командир «азовцев» в ярости перешел на русский: — С этим конченым Моссадиком еще разберемся! Давай… Последние слова заглушили два синхронных взрыва. Дверь разнесло в щепки, и вместе с клубами штукатурной пыли и пороховых газов в лабораторию ворвались бойцы ССО, открывшие огонь на поражение. Через минуту после начала штурма в эфир вышел боец с позывным Абрек: — Бадма, трое прорываются на северном входе. — Принял, работаю. — Хан, цель на пятьдесят метров. Внедорожник. — Контролю. Минут через пять в лаборатории установилась мертвая тишина. Но только на мгновение, пока живые не убедились, что работа сделана исправно и сопротивляться больше некому. Коренастый, среднего роста командир подгруппы захвата с позывным Седой, посмотрев на часы, отметил символизм увиденных цифр – на циферблате высветилось 11:44. Седой как-то неопределенно покачал головой и обратился к подошедшему бойцу Фоме: — Как отработали? — У Немца шесть «двухсотых», один – «трехсотый», легкий. — Трофеим черта. В штабе расколем. Полковник шел быстрым пружинистым шагом от северного входа к южному. За ним широко и шумно шагал высокий и невозмутимый Фома, на ходу вытаскивая застрявшую в бронежилете пулю. Справившись с привычным делом, он протянул командиру удостоверение с трезубом: — Зачехлили гуровца в штатском. Седой молча кивнул и положил удостоверение в нагрудный карман. «Седой, конечно, матерый человечище», – подумал Фома, глядя, как пятидесятилетний командир абсолютно бесшумно ступает по битому стеклу. — Патогены? Документы? – с ходу спросил Седой, заходя в дымящийся зал, где еще недавно «азовцы» зачищали следы американской биолаборатории, а теперь эти следы искали русские. — Похоже, все важное до нас вывезли, – ответил один из бойцов. — Еще пять минут на поиски – и уходим с объекта. |