Онлайн книга «Романтика дорог»
|
— Илли, — поднялся ему навстречу Дик. — Что случилось? — Загаси огонь, — посоветовал Фоссет-младший. — Поговорим наверху, там теплее. Весенняя ночь в самом деле выдалась теплой и ясной. Звёзды висели над крышами, иногда застревая на флюгерах, как на вилках. Они встали у оконного проема. Тихонько беседовали, смотрели на ползущие по улицам короткие цепочки огней, похожие на гусениц, — квадратные фонари в руках патрульных гвардейцев. — Ты прав, — с трудом проговорил Илли. — Тебя ищут. Именно тебя, Дик. — Откуда знаешь? — Папа сказал. За ужином он рассказывал нам новости, как обычно. И мама спросила, так, как говорят о погоде: «Что за слухи, будто в городе вестник?» «Кто тебе сказал, дорогая?» — удивился отец. «На рынке я слышала два раза подряд в разных лавках, в молочной и в зеленно́й, что такие цены, такие покупки, такие траты возможны только, если пришли новости из-за стен. Это правда?» «Не знаю, о чем ты», — ответил папа, только он совершенно не умеет врать. Так опускать глаза может только тот, кто прекрасно всё знает! И он признался, что да, шпики донесли о необычном оживлении. Заговорщицком! И, если волнения наблюдаются именно среди мальчишек, то всем ясно, кто этот вестник. Поэтому, в магистрат определенно сообщили: «Есть опасность, что в город явился Дик». Городской совет в донесение не поверил. Старейшины сказали, что мальчишки затеяли собственную игру в бунт и надо ожидать от них, то есть от нас, демонстрации и всякие хулиганские выходки. Патрулям дано распоряжение повнимательнее приглядываться ко всем мальчишкам и только. — Ясно. А что отец? Поверил? — Сначала, нет, — вздохнул Илли. — Но потом, шутки ради, он спросил меня: «Если это правда, наш сын должен об этом знать! Ну-ка, признавайся, видел ты Дика в нашем городе или нет?» А я ответил: «Если б видел, разве признался бы?» Мы посмеялись, и я ушел. Но через дверь я слышал, как он говорит маме, что это безрассудство, ты пришел на верную гибель. Она что-то возразила, но отец сказал: «Жизненного опыта у него хватит на тысячу взрослых, но во всем, что касается благоразумия, он мальчишка!» — и он по-настоящему сердился. Значит, он уверен, что слухи — правда. Почему? Что я такого сказал? — Ничего. Ты ведь сразу видишь, когда отец пытается что-то скрыть. Вот и он понял, что шутка показалась тебе не такой уж смешной. Думаю, ты сыграл всё отлично, полиция не догадалась бы. Но близкие тебя слишком хорошо знают. Сын советника был в отчаянии. — Прости меня. Получается, я уже тебя выдал! — Твой папа прав. Благоразумие, как его понимают взрослые, нам нелегко дается. Как делать вид, что ничего не случилось, если тебя переполняет радость от того, что кто-то из близких жив? Шпики это сразу чуют. Мальчишки в Шарге сейчас ходят не так, как в обычный день, не так смотрят вокруг. У вас праздник, верно? Думаешь, это трудно заметить со стороны? — Хорошо… — медленно и угрожающе сказал Илли. — Мы устроим им демонстрации и заговоры! Завтра выходной. Пойдем гулять в город. Если повезет, найдем тебе выход за стены. — Что будет? — заинтересовался Дик. — Увидишь! * * * [1] (прим. Лины) Этот дом теперь все знают. Когда восстание закончилось, новый городской совет во главе с Фоссетом-старшим выкупил эту стройку у разорившегося хозяина и весь город достроил дом сообща. На картинках с ним теперь стоит подпись «здание Новой Ратуши в вольном городе Шарге», но все, кого знаю, по-прежнему называют этот дом «руинами». Я ездила в Шарг вместе со школой. На втором этаже в главном зале совета то самое окно так и не застеклили. Даже не вставили раму. Там осталась дыра в стене, которую в самые холодные дни закрывают ставнями, но в них всё равно есть небольшой глазок в центре. И камин в этом зале — круглый, по центру, как в дэйкских кругах старейшин. Считается, что сохранение памяти и духа «руин» помогает магистрату Шарга принимать верные решения. У них есть поговорка: «Не ты смотришь в окно, а прошлое в окошко смотрит на тебя». |