Книга Зов бездны, страница 24 – Елена Крыжановская

Успев натянуть сапоги и закрывая шов крутки на груди, он подумал, что доспехи могли бы ненадолго защитить от огня… тут же услышал страшный треск в коридоре — рухнула лестница. Обжегшись о собственный меч, Дик схватил пояс с ножнами и выбил ими окно.

На черной улице внизу собрались люди. Пламя жарко дышало в затылок, дверь трещала, словно в нее ломились снаружи не языки пламени, а крепкие кулаки. Ни водостока, ни спасительного выступа на соседнем доме, ни балкона в пределах досягаемости нет. Дик прыгнул вниз, не примериваясь, боком перемахнув через подоконник. Если весь удар придется вертикально на ноги, будет только хуже. Дик и не рассчитывал удержать равновесие на скользких после дождя камнях.

Прежде чем сознание провалилось глубже твердых камней мостовой, он успел увидеть огромный костер на месте верхнего этажа гостинцы, которой сейчас очень подходило ее название.[1] Он покатился под ноги испуганным людям и остался лежать лицом вниз, сжимая в одной руке пояс с мечом. Зрители сначала отхлынули, как вода, потом обступили неподвижную фигуру, вполголоса совещаясь, чем можно помочь, и стоит ли вызвать полицию…

.

* * *

[1] (прим. Лины) Гостиницу потом отстроили, и она снова называлась «Алой», но третьего этажа в ней больше не было. Она стала низенькая, вполне безопасная для прыжков из окна.

* * *

Темноту вокруг разгонял слабый свет масляной лампы. Недавнее происшествие показалось сном. Но первая попытка повернуться на бок и приподняться на локте мгновенно развеяла все иллюзии.

— Тише, тише, — удержала его чья-то маленькая заботливая рука. — Лекарь сказал, никаких резких движений. Ты помнишь, что случилось?

— Огонь… — Дик тщетно пытался увидеть ту, что сидела у его изголовья. — Это было?

— Да, в гостинице был пожар. Ты чудом остался жив. Выпрыгнул из окна. Упал удачно, только пока старайся не двигаться. Я не поняла, почему. Переломов у тебя нет. Лекарь говорит, что если у тебя не шла кровь из горла, то и внутри всё цело. Можешь есть и пить, если хочешь. А ещё он придет утром, проверит, есть ли сотрясение, и оставит лекарства. Сейчас хочешь чего-нибудь?

Дик прикрыл глаза и слабо покачал головой. Если не шевелиться, тела своего он совсем не чувствовал. Это его устраивало.

— Кто ты? — спросил он у нежного заботливого голоса.

— Анита, — свет и голос переместились, так что Дик мог теперь видеть хорошенькое румяное личико, обрамленное золотыми в свете лампы, кудрями. Девочка лет девяти-десяти. — Мой папа нашел тебя на улице. Люди хотели вызвать полицию, но папа велел перенести тебя сюда. И разрешил мне ждать, пока ты проснешься.

— Сейчас ночь?

— Да. А мне позволили сегодня не спать, раз я не хочу, — с гордостью сообщила Анита.

— Кто твой отец? Хочу поблагодарить.

— Советник Руст. Вообще-то, это он позвал тебя в наш город.

В голосе дочери советника звучал упрек, мол, тебя просили помочь, а не прыгать с третьего этажа!

Дик, молча, слегка усмехнулся: «Звали? Пришел. Остальное — подробности».

Некоторое время Анита рассматривала лицо Дика. Выражение ее собственного личика становилось всё более глубоким и спокойным. В глазах зрел серьезный вопрос.

— Тебя хотели убить? — она проверяла, знает ли сам Дик об этом.

— Откуда знаешь? — слегка нахмурился он.

— Взрослые говорили. Они думали, я не слышу. Зачем?