Книга Криндж и имплант пророка, страница 21 – Харитон Мамбурин

Сильно задуматься, учитывая, что я сюда добежал, поимев совсем немало встреч с бродячими мертвецами! Сейчас, глядя на выходящих из города людей и мьютов, я всерьез сомневался, что они смогут отделаться так же просто, как и я. А ведь мне эти встречи обошлись ну… не совсем просто.

Нет, обычные «зомби» и редкие здоровяки? Медленные. Грациозно бегущему мужику они могли разве что посмотреть в зад, да грустно пожать плечами. Живучие, цеплючие, сильные… но тупые и медленные. Другим делом оказались новые особи, которых я встречал, попутно вычеркнув всех этих «мертвецов» из категории классики. Женщины. Голые, блин, женщины. Аж два вида, причем, внешне, никаких признаков тления и распада у них не было!

Первой мне попалась здоровенная мышцатая тетка, прямо ашур во плоти, с бледной кожей нормального вида, прямо как живая. Если бы она не стояла среди трех обычных ходячих трупов с их капающей изо рта зеленоватой слюной, я бы даже подбежал поздороваться, но она стояла. При виде такого классного меня, бегущего мимо, эта дрянь плюнула передо мной чем-то, что взорвалось с жутким грохотом и яркой вспышкой. К счастью, эта биологическая атака не обладала физическим поражающим фактором, так что мне только шляпу чуть не унесло, да и кашлял потом часа два, надышавшись испарений этой мерзости. А вот вторая особь, которая тоже выглядела как почти живая девушка, только тонкая, звонкая и вся такая трогательная… вторую я напугал сам, чуть ли не споткнувшись об неё, как тот козёл. Эта дамочка-девочка минут пятнадцать гналась за мной, выпуская из рук натуральные вспышки какого-то розоватого пламени. Молча. Последнее было особенно страшно, несмотря на то что мазала она только так.

Если думаете, что это не страшно, то представьте получше: ночь, пустыня, холодно, вокруг вспышки розоватого огня от женщины, догоняющей позади, а вам надо бежать вперед, причем, не спотыкаясь!

В общем, окрестности города намекали, что тут жизни нет. Мне уже было фиолетово, я уже шагал в этот мега-супер-бардак, твердо намереваясь постираться, помыться, поесть приготовленную еду и вообще забыть всё, связанное с зомби, как страшный сон.

С этим проблем не возникло. У Перекрестка не было ни стен, ни ограждений, ни каких-либо КПП. Каждый, кто хотел войти, включая диких животных, мутантов, разыскиваемых убийц и прочие интересные личности, входил, где хотел, за исключением огороженной территории Трассы. Оказываясь, правда, в трущобах, сделанных из говна и палок, населенных весьма голодными и вооруженными личностями, но это были уже издержки производства. Вместо того, чтобы тратиться на стены, здесь устроили круговой натуральный фильтр из отбросов, впитывающий бродяг и паломников, как губка.

Я большинству местных, выглядывающих изо всех щелей, был не интересен. Здоровый пыльный мужик в грязной дешевой одежде, у которого из видимого имущества одна мятая шляпа на голове, да засранные песком очки. Что с такого взять? Разве что на холодец, только он и сам выглядит как тот, кто от холодца не откажется. Страшно. Пропускаем.

Вот я и пропускался, шагая мимо одноэтажных хижин, двухэтажных, трехэтажных, соединенных поверху через дорогу домов, через базарчики, на которых унылые мьюты и не менее оборванные китайские люди продавали какую-то совершенно невнятную хренотень. По цвету кожи и одежды они почти не отличались от только что пришедшего из пустыни меня. По сравнению с крепкими и отожранными крестьянами Ромуса, живущими в полной дикости и варварстве, тощие и пыльные жители пригорода Перекрестка выглядели тупиком жизни как таковой.