Книга Легенда о конокраде, страница 42 – Анна Черкасова, Мария Крехова

— Двое из стражи, когда увидели… – Она, конечно же, запнулась. Всякий раз так.

— В Ратте за простое воровство отрубают руку.

А за кражу коня – ногу. – Женщина говорила так спокойно, будто сообщала Сауле время. – Но ведь это не твой случай?

Вместо нормального ответа вышло какое-то мычание. Рука без перчатки переместилась с бедра на лицо. Ее пару раз нетерпеливо похлопали по щеке. Сауле поморщилась: боль от недавней стычки с Мехто еще не прошла. Как и не прошла обида от оскорбительной клички.

Ко-но-крад. Три дробины прямо в висок.

Надо думать, это не последний раз. Шок от провала в другой мир прошел еще десять тысяч лет назад (хотя до конца дня еще далеко), зато теперь появился ужас: Ратта – это вам не курортный городок у Черного моря, где максимум, чего стоит опасаться, – так это разводил и пищевого отравления. Здесь попытка отстоять свою безопасность обернулась двумя разбитыми рожами, одним травмированным Даней и униженной честью Сауле. От такого оправиться будет сложнее.

Спасительница обернулась на шум.

Мальчишки догнали их слегка помятыми, зато с полными руками канцелярского хлама. Ромчик любовно прижимал его к себе. Значит, под шумок удалось стащить все, что стража высыпала из сумки.

— Все хорошо? – Даня обеспокоенно заглянул в лицо Сауле.

Как же она обожала бессмысленные вопросы! Дома за невинный вопрос «обедаешь?», когда человек застыл с ложкой супа у рта, можно было нарваться на пулеметную очередь из папиных подколов. Мать обычно закатывала глаза и отвечала: «Кому-то пора заказать очки».

— Да, просто позагорать решила.

Сауле подставила лицо солнцу.

— Она в порядке.

Ромчик плюхнулся рядом и стал набивать опустевшую сумку вещами, которые передавал ему Даня.

Спасительница сидела на земле, скрестив ноги. Она сохраняла дистанцию, но, не осознавая этого, продолжала подаваться вперед. Беспокойные пальцы комкали и без того мятую ткань шароваров, будто кошка втягивала и вытягивала когти в знак крайнего удовольствия.

«Да она мне в мамы годится, – пронеслась мысль. А еще: – За нами, кажется, наблюдают. Даже не так: нас оценивают…»

И Сауле во что бы то ни стало захотелось получить высший балл.

— Сауле. – Она сложила местное приветствие.

Черные брови взметнулись вверх, и спасительница всхлипнула. Оказалось, от смеха. Она смеялась с открытым ртом, ничуть не заботясь о том, как выглядит для окружающих.

— Ох-х. – Женщина восстановила дыхание, промокнула глаза рукавом и вмиг стала серьезной. – Этот жест оставь хозяевам и рабам. Мы здороваемся иначе.

Женщина крепко пожала руку Сауле.

— Марфа.

Затем так же познакомилась и с мальчишками, задержав руку в Даниной ладони на пару секунд дольше. Закончив сборы, Ромчик застегнул сумку.

— Кто эти «мы»?

— Расскажу по дороге. – Марфа поднялась на ноги. – Нас и так уже заждались.

Оставив рынок позади, они оказались на окраине. Люди Ратты предпочитали селиться повыше, откуда река казалась не толще нитки, а море приветливо расстилалось для кораблей. Должно быть, в окружении стен и крепких мостов они думали, что могут заковать в цепи не только подобных себе, но и саму природу. В шаге от пропасти пробираясь по скользким камням, Сауле посоветовала бы им подумать еще раз.

Река металась меж скал, взбивая свои воды в желтую пену. Рассерженный заточением поток прогрызал породу, и снизу большая часть островов напоминала грибы: тонкая ножка и широкая червивая шляпка. Живущие наверху не подозревали, как шатко их положение. Ратта была великаном на рахитичных ногах.