Книга Вечные Пески. Том 6, страница 113 – Лео Сухов

— Не знаю, — честно ответил я. — Не до того сейчас…

Но вообще-то вопрос был важным. Я услышал далёкий шум из города, когда рвал цветы для Элии. Сначала он был едва слышен. Однако становился сильнее и сильнее. И что-то мне подсказывало, что этот шум связан с тем, что сюда ещё не пожаловала храмовая стража. Мы и сами немало нашумели во время схватки. И вот ведь удивительно, ни одного охранника. Очень подозрительно.

Пленники раскололись быстро. Методы допроса в Вечных Песках — это жестокость в кубе. От неё даже многих местных выворачивает. За пару чаш человека ломают настолько, что он и рад бы умереть, но не дают. В «недавании» согласилась помочь Алана. Правда, лишь когда узнала о гибели Элии.

Конечности пленников мы превратили в кровавую кашу. А затем обещали оставить этих молодцев в живых. И даже вывезти в безопасные земли, чтобы просили там милостыню уродливыми обрубками. Перспектива вконец доломала пленников. И разговор потёк уже гораздо быстрее.

Убийцы не были людьми Основателя. Они служили в храмовой страже. И периодически выполняли деликатные поручения для Верховной. Я трижды переспросил, точно ли именно для Верховной. И трижды они уверенно подтвердили.

На четвёртом повторе один всё-таки уточнил, что приказы им отдаёт помощница Верховной. Однако Жрица и сама нередко сидит в сторонке, накинув капюшон и слушая переговоры. Помощница не всегда правильно передаёт распоряжения. И тогда Верховная нетерпеливо вмешивается сама. Под капюшоном лица не видно, но её голос тут знают хорошо. Несложно два и два совместить.

Приказ на этот раз был простой. Убить всех, кроме одного человека. Желательно, оставить в живых шептуна — мол, к ним уважение в войске обычно больше. А затем «упустить», чтобы тот поскорее вернулся в наш лагерь и рассказал, что произошло ночью. Это настроило бы моих людей против Основателя. И они бы охотно присоединились к Верховной Жрице.

Простенько, убого, но… Действенно, к сожалению. Даже Ситранис, слушая эти откровения, очень злобно ругался под нос. Видимо, тоже поверил в виновность Основателя. И ведь Ситранис — не глупый вояка, а регой, как никак. Из хорошей семьи и с образованием. В интригах он чуть-по-чуть да разбирался.

Из-за памяти прошлой жизни я иногда забывал, насколько бесхитростны здесь люди. Интрига Верховной, стоило мне взвесить факты, оказалась раскрытой книгой. А вот на остальных всё сработало, как и было запланировано.

Впрочем, эти мысли проносились на границе сознания. На первом месте у меня оставалась ярость. И с каждым словом пленников, с каждым объяснением, она была всё больше. Злость, которая закипала внутри, требовала выхода.

Закон гостеприимства — один из Законов Воды. Тех самых, которые должна почитать сама Верховная. Тех единственных, которые она почитает, по её же словам.

Однако я был прав… Стоит оступиться раз, стоит дать слабину — и вскоре даже те правила, которые ты на словах признаёшь, перестают быть нерушимы.

Если разрешено попрать одну часть законов, что мешает людям наплевать на другую? Да ничего.

— Сволочи… Бешеные твари… Уничтожу… — бормотал я, зарубив пленников и выходя из комнаты, где проводился допрос. — Всех убью… Всех… До единого…

— Брат, как ты это сделаешь? — догнал меня Ситранис, протягивая тряпку, чтобы протереть топор. — У нас людей не хватит на весь этот большой город.