Книга Соль и Грезы, страница 109 – Алекс Анжело

— Ощутила эмоции. Там кто-то есть. – В этот вечер я использовала уже слишком много силы. Но на том конце коридора находилась не одна живая душа. Неизвестно, даэвы или люди, но то, что их было несколько, – это точно. Иначе я вряд ли бы ощутила их на таком расстоянии.

Прошло не так много времени, когда позади почувствовалось чужое присутствие. Шаги же и вовсе были не слышны даже чуткому даэвьему слуху. Обернулась, пусть и знала, кого увижу, но я ему не доверяла настолько, чтобы оставить за своей спиной.

— Пока нам в одну сторону, – раздался приглушённый голос из-под маски.

Я промолчала, лишь кивнула. А он как будто и не ждал моего ответа. В тоннеле появился запах сырости. За какое-то жалкое время он заметно усилился.

— А где Бенисио? – поинтересовалась Разия, впервые заговорив с дивом.

— Мужик тот? Оставил там. Вырубил, чтобы шум не поднял.

— А если вырвутся те твари?

Див пожал плечами, всем своим видом показывая, насколько ему плевать:

— То такова судьба. Не все заслуживают жизни.

— Ты считаешь, что он не заслуживает? – спросила я.

— А ты полагаешь иначе? – незнакомец усмехнулся.

— Я стараюсь никак не считать. Для этого есть суд, – ответила спокойно.

Бенисио вызывал во мне лишь негативные чувства, но всё же своей рукой я бы его убить не смогла. Даже мысли не возникало. А оставить его там – практически наверняка обречь на смерть… Вряд ли его даже свои пощадят. Всё же торговец, как и ожидалось, был пешкой в чужой игре.

— Если бы выяснила, что он убил далеко не одного человека, так же бы ответила? – с живым интересом спросил див.

— Не знаю.

— О, а ты хотя бы честна. Похвально, – он насмешливо хмыкнул. – Все осуждают убийство, когда это не происходит по общепринятым законам. Но мало кто задумывается, что вынести приговор и после убить тоже требует немало смелости и решимости. Ты так не считаешь? Тем более в нашем мире слишком туго со справедливостью. Люди и даэвы погрязли в пороках. Даже не знаю, с чем именно это связано. Со способностью мыслить?

— Говоришь так, будто отличаешься.

— Когда-то думал, что отличаюсь, – золотые глаза блеснули. – Но потом понял, что нет. Я дурной тип. И мне бы лучше умереть.

Я на мгновение застыла. Чужие эмоции острым импульсом кольнули меня, прежде чем исчезнуть. Такой тоски я никогда не ощущала. Болезненной, изнуряющей, будто всё время ходишь по осколкам и истекаешь кровью.

От этого чувства, если бы оно продлилось немного дольше, можно было задохнуться. В груди застыла тяжесть, давящая на рёбра.

— Тсс, – предупредил див, пригибаясь к земле. – Кажется, мы на месте.

Сара Сорель

В отличие от остального подземелья, в этой части коридор ярко освещался. Свет тревожно танцевал на стенах, будто предупреждая, что дальше идти опасно. Впереди у стен громоздился какой-то хлам – ящики, полотна брезента, – именно он стал нашим укрытием.

Теневой див приподнял шляпу доули, чтобы она не мешала и не задевала ничего своими полями.

— Луна почти взошла, – послышался чужой голос.

Ромбовидной формы ритуальный зал оказался огромен. В центре его зияло подобие гигантской чаши, из которой вырастала опора – та удерживала круглую каменную плиту. На дне же этой чаши торчали десятки острых шипов, и, судя по красным отблескам изнутри, они были изготовлены из обсидиана. Стоило только сорваться с плиты или с лестницы, ведущей к ней, – и мгновенно умер бы, пронзённый этими пиками.