Книга Кровь и Плен, страница 105 – Алекс Анжело

Раскол создан, и этого не изменишь. Как и не вернешь всех несчастных, погибших за это время. Но если бы Люций сотворил его намеренно, то не испытывал бы мук совести, которые, несомненно, терзали его теперь. Не стоило забывать: теневой див тоже пострадал и понес свои потери.

«Ты тоже не слишком добра к себе. Требуешь от себя слишком многого», – выразительно проговорил Моран.

Повисла краткая тишина, а я совсем некстати вспомнила его слова, сказанные в Кервеле перед тем, как я вернулась в свое тело.

«Если желаешь уйти, уходи. Я могу подождать еще».

Чего же именно ты ждешь?

Взгляд коснулся руки, на пальце которой виднелось кольцо.

— Почему кольцо переместилось со мной? – спросила я. Я хотела узнать ответы на все свои вопросы.

Люций глубоко вдохнул. Этот звук разнесся в голове дуновением ветра.

«Это особенное кольцо, Сара, – далеко не сразу ответил Люций. – Темная магия во плоти, если так будет угодно. Именно поэтому, как ты должна была уже заметить, светлые его не видят».

— Никогда о подобном не слышала.

«Но, оказывается, я о многом не знала…»

«И не могла, – лаконично сказал он и медленно продолжил, будто декламируя строчку из книги: – Светлый кристалл видят лишь светлые, темный – лишь теневые. Две половины целого для каждой из сторон. Но лишь полное согласие позволит соединить разбитое сердце и обрести силу… – Люций сглотнул и негромко поведал: – После сотворения мною второго портала теневой кристалл раскололся. Дарованная сила осталась со мной, но открыть раскол снова я больше не могу. – Он развернулся, становясь рядом со мной, плечом к плечу, и обращаясь взглядом к озеру. – Теперь ты – и свет, и тьма. Идеальное равновесие? Не думал, что существует нечто промежуточное. У меня появились первые догадки, когда ты увидела это кольцо в карете по дороге из Тронга. Считай этот артефакт подарком. А подарки не возвращают».

— Я не могу его снять, – заметила я, как бы говоря: «Разве подарки могут быть такими?»

«Когда покинешь орден Сорель, я помогу», – ответил Моран, не сомневаясь в том, что я действительно захочу уйти.

— Ты ненавидишь моего брата? – спросила я, оглядываясь на фигуру, сотканную из теней, и размышляя над словами Люция.

«Ненавижу? Пожалуй, да. Хотя не так сильно, как прежде, Сара. В противном случае он давно был бы мертв», – признался Люций и вдруг мрачно улыбнулся каким-то своим мыслям.

Я отвела взгляд, рассматривая берег. Свидетелей нашего разговора быть не должно.

— Я вспомнила охоту в Турисе.

«Да? – оживился Люций, разворачиваясь и пристально глядя в мое лицо. – Что именно вспомнила?»

— Как мы едва не погибли.

«А еще?» – Его голос звучал нетерпеливо. Пусть я не видела дива вживую, но была уверена, что в его взгляде застыл огонь.

— Смерть бабушки Фредерика.

«Долорес, – утвердительно произнес он самому себе и вдруг поинтересовался: – А что насчет меня? Мне кажется, в то время мы стали довольно близки. Ты ведь вспомнила наше прощание?»

Люций самодовольно улыбнулся, вновь становясь тем юным и неунывающим даэвом из прошлого.

А я на мгновение замешкалась, прежде чем ответить:

— Вспомнила. – Его вопрос меня смутил. Отведя взгляд, я со всем вниманием разглядывала дальний берег. – Мы определенно были друзьями. Пусть поначалу мне это и показалось нелепостью.