Книга Кровь и Плен, страница 144 – Алекс Анжело

— Не пытайся меня прочитать, – недовольно предупредила я. – Это плохая привычка.

— Ну уж извини, святая Сара, – шутливо отозвалась она. – Но мне нравится пользоваться своим даром. Стоит лишь изучить эмоции, и можно узнать много интересного.

— Уверена, что не все в восторге от твоей точки зрения.

— Как и от твоих умений, вероятно. – Сильфа беззаботно улыбнулась. – Мы поступаем одинаково, только я изучаю эмоции других намеренно, а ты нет. – Взгляд девушки стал серьезным. – Хотя я все же склоняюсь к тому, что сочувствую тебе. Некоторые чувства лучше не испытывать… И почему эти двое так плохи? – спросила дэва, когда ее взор вновь устремился на воинов из ее обители. Она задумчиво продолжила: – Кажется, я правда слишком поддалась беспокойству и страхам.

— Что-то случилось с Орестом?

Парень не вернулся в Академию Снов. Вторая рука его до сих пор была поглощена тьмой, диву она не подчинялась. Даже даэвы из ордена Вечной зелени не могли помочь.

— Случилось. Тьма в руке отравляет тело. С этим и так тянули слишком долго.

— С чем? – Внутри разлилось напряжение, грудную клетку сжало. На самом деле я догадывалась о том, что услышу в следующую секунду.

— Ему ампутируют руку. Завтра, – низким голосом сообщила Сильфа, не мигая глядя на тренировочную площадку. Она сидела неподвижно, напоминая статую. Спина ее была совершенно прямой, будто в нее вбили кол. – Маленькая ошибка. Стечение обстоятельств. Но поплатился лишь он. Когда Лоуза Прауда поймают, он попадет в темницу, но все равно у него останутся обе руки. Это далеко от справедливости.

— Мне жаль, Сильфа, – лишь смогла сказать я.

Дэва поджала губы:

— Знаешь, никак не могу забыть ту статую из подземелья. Она мне даже снится. Во сне обсидиан светится алым. И постепенно сияние охватывает весь камень, а потом изваяние оживает и лишь волосы продолжают пылать кровавым огнем. Думаю, это из-за слов Ореста, но эти сны меня пугают. – Дэва обернулась ко мне: – Тебе когда-нибудь снятся кошмары?

Вопрос Зефирос застал врасплох. В светло-зеленых глазах не было и намека на улыбку.

— Да, бывает.

Девушка удовлетворенно кивнула, будто ей требовалось подтверждение того, что не ее одну преследует эта напасть.

— Что именно сказал Орест?

Услышанное не давало покоя. Вспомнилось, как безумно кричал юноша в древнем зале, убеждая всех, что его убьют. Должна существовать причина для того ужаса, который горел в его глазах.

— Он видел кошмар. Точнее, я считаю, что это кошмар, который породила энергия Серого мира. – Сильфа склонилась ближе и прошептала прямо в ухо, настолько тихо, что если бы даже кто-нибудь оказался совсем рядом, то все равно бы ничего не расслышал: – Орест сказал, что видел, как он убивал. Даэв, выглядевший точь-в-точь как та статуя. Улыбаясь, он вырывал сердца одной рукою, а его черные змеи обвивали чужие шеи, душа своих жертв. И на мантиях этих жертв был начертан один и тот же знак – три круга разных размеров, заключенных друг в друга и пересекаемых линией. Тот самый символ, который мы видели на стенах подземелья. – Она отодвинулась, задумчиво спросив: – Какому же ордену он принадлежал? Забыла его название.

— Ордену Хранителей, – хрипло произнесла я, вспомнив слова Морана о том, что древний орден погиб от рук собственного главы.