Книга Бездомыш. Предземье, страница 44 – Андрей Рымин

— Не стрелять! Рано! — гаркнул на торопливого лучника майор.

Гаркнул? Нет. Еле пискнул. Именно такая мысль первой промчалась в моей голове, когда мигом позже по поляне к форту покатился рёв седого хорта. Не голос, а гром. Столь же громкий и столь же рычаще-раскатистый.

— Рашма гах, фаха! Божо го сахаг! Хадрас! То сады дар га!

Проревел, постоял три секунды и вперёд спиной, прикрываясь щитом от возможных стрел, двинулся обратно к лесу. Мы в молчании провожали его взглядами. Ну и здоровенная туша. Даже у такого сутулого башка в двух саженях от земли. Разогнётся, так все три будет в нём. И веса, поди, пудов двадцать, не меньше. По-настоящему старый хорт. Но, что он ревел? И кому?

— Язык хортов? — вопросительно посмотрел я на Гогу.

Но ответил стоявший по-прежнему рядом с нами майор.

— Какой к йоку ещё язык хортов?! — рявкнул сжимающий кулаки имперец. — Не нужны им слова. В башке у них всё, — постучал он себя по лбу.

И только тогда ожили лишённые бровей и ресниц глаза одарённого. Гога вжал свою круглую, похожую на яйцо, голову в плечи и хрипло прошептал:

— Низверженный… Сам князь тьмы обратился к нам, братья. То не хорт молвил… Проклятая речь.

И, ещё тише, одними губами добавил:

— Конец нам. Последняя битва. Сбылось предречённое…

Хозяин леса? Какое глупое название. От того места, где жил поглощённый, до ближайшего леса идти много дней. Тем не менее по классификации низших я со своей непробиваемой шкурой считаюсь именно хозяином леса и, что звучит ещё глупее, зверем. А ведь вид, к которому принадлежал поглощённый, при всей своей дикости и тупости, никак нельзя отнести к неразумным животным.

Тот же прежний хозяин моего нынешнего тела пусть и на примитивном уровне сумел даже освоить язык местных низших. И это при том, что сами нижайшие не используют для общения голосовую речь. Мне повезло. Не встреть я после гибели оболочки настолько старую особь, мне было бы очень сложно получать необходимую информацию.

Основанная на структурировании бесчисленных зрительных образов память нижайшего почти полностью стёрлась при поглощении, а общаться одними картинками — сложно и непродуктивно. Слаборазвитый мозг существа еле-еле сумел вместить моё «я», так что знания о мире, в который попал, добываю в основном, допрашивая пойманных низших.

Пока таких мало. Предшествующий зимней спячке период почти целиком ушёл на подготовку к предстоящей войне. Но скоро у меня будет достаточно пленных, чтобы получить всю необходимую мне информацию. Передовые отряды моей постоянно растущей армии уже вот-вот подойдут к побережью.

Низшим не устоять. Те крепости, что мне «показывали» старейшины признавших мою власть семей, рассчитаны на отражение нападений исключительно безмозглого молодняка, неотличимого в своей тупости от стай обычных хищников. Достаточно взрослые особи, способные понимать приказы обученных мной командиров имеют все шансы взять эти укрепления штурмом.

А, если и нет — угрозы моим замыслам отрезанные от снабжения крепости не представляют. Главное — взять под контроль единственную кольцевую дорогу и пристани, куда причаливают корабли низших. Дальше время будет работать уже на меня.

Если конструктор выжил — а Ло слишком силён и хитёр, чтобы погибнуть без нашей помощи — единственная моя надежда — не дать ему удрать за барьер, чем бы этот загадочный барьер ни был. Острова для конструктора — лишь временное укрытие. Не сомневаюсь, что смогу организовать переправу, и орды нижайших, создать из которых нормальную армию, если не ограничен во времени, очень даже возможно, истребят низших полностью.