Книга Безумыш. Земля, страница 124 – Андрей Рымин

— Как раз начали, когда вы появились, — покачал головой колдун. — Платишь за вход на лоскут и потом точно так же семенами за норы, если хочешь в них лезть. Тут какая-то очередь…

— Очередь из заблудших, — продолжил Вепрь, поняв, что познания Ло о Ковчеге на этом заканчиваются. — Из нас, то есть. Все, кто платит за вход, в ту очередь ставится. Она круговая. Нашли нору — ведут к ней того, чей черёд. Не хочешь идти — цвет не тот для тебя — пропускаешь. Тогда идёт следующий, а ты в конец очереди.

— И длинная очередь? — поинтересовался Сепан.

— Под сотню морд, — сообщил Клещ.

— Ого! — удивился я. — Как много желающих. Богата Земля на богатых и смелых.

— Смелых больше, — хохотнул Бочка. — А вот монеты, чтобы оборот в Ковчеге гостить, мало у кого хватит.

— Но этих тоже немало, — подытожил Вепрь. — Тут по факту смелых две трети всего. Кое-кто из знати и самые серьёзные толстосумы приходят сюда сразу с компанией. Кто с женой, кто со доверенным слугой, кто с родственником, кто с двумя даже. Оно, чтобы в очереди больше мест занимать. Кто вразнобой встанет, чтобы вдвое больше нор получать, кто, наоборот, подряд, чтобы цвет нор перебирать можно было. Попалась белая — в пень её. Отправляешь слугу закрывать, а сам берешь следующую. Выпало что получше — слуга пропускает очередь, а в Бездну ты лезешь.

— Хорошие слуги, — присвистнул Сепан. — Закрыть нору далеко не всякому человеку по силам.

— А зачем закрывать? — пожал Вепрь плечами. — Хозяину оно так-то до йока. Закроет, не закроет… Главное — очередь сдвинулась.

— Жестоко, — качнул головой Сепан.

— Мир жесток, — развёл руки Вепрь. — А Земля так тем более. Тут даже тот, кто вступает на Путь, зачастую на божьи законы плюёт. Что уж там говорить про тех, кто на Твердь не торопится.

— И живчики ещё ничего, — вставил Клещ. — Тут хоть и обдираловка, а по-честному всё. Видали похуже.

— Ну, как сказать, — забрал слово Бочка. — У них здесь, прикинь, стариков убивают. Ну, как убивают… Догнала старость — кирдык. Сами себе горло режут. Всемогущая жизнь… Они здесь живут, чтобы жить. Бессмертные, мать их! Дитя, чтобы зачать стоят в очереди. Лоскут много людей не прокормит. Рожают, лишь когда помрёт кто-то. Лучше бы, как все нормальные люди на Твердь уходили бы. Ссыкуны, мать их!

— Смотри, местным такое не пой, — предостерёг Вепрь. — Погонят с лоскута поганой метлой. Так что, мужики? — обвёл он Ло, меня и Сепана взглядом. — Как я понял, монеты, чтоб в Ковчеге торчать оборот у вас нет. Про очередь и подавно не спрашиваю — тут понятно. Выложить сходу три десятка семян… Но с вас, может, за вход на лоскут и не станут брать плату. Не за норами же явились.

— Неужто малому с друзьями деньжат не подкинем? — вскочил Бочка. — Я из доли своей…

— Деньги есть, — поспешил успокоить всех Ло. — Семена, то есть. И сами стол, кров свой оплатим, и в очередь встанем. Зря что ли хозяина били?

— Хозяина?! — охнул Бочка. — Сейчас что ли? Пока между лоскутами шастали?

— Рассказывай, — потребовал Клещ.

— Погодите, — остановил я открывшего было рот колдуна. — Я не понял про очередь. А что, если сам в нору не лезешь, а уступаешь кому своё место? Не следующему, а тому… — я хитро прищурился, — Кто мне больше за такую уступку заплатит. Тут же шибко богатый народ…