Книга Бессилыш, страница 80 – Андрей Рымин

Хищников в Траве тоже хватает. И обычных, и злых. На глаза попадаются уже знакомые нам шестилапые львы. Также видим нет-нет здесь: шакалов, гиен, грациозных пятнистых котов, родню хортов с клыкастыми красными рожами. Останься Ло в теле Рохуса, на своих двоих мы бы здесь не прошли. Слишком много зверья.

К ходоку же никто не пытается лезть — он невкусный и слишком большой даже для самого крупного хищника. Великану уступают дорогу, но не то, чтобы сильно боятся. К порождениям Бездны, извечно куда-то бредущим по этим краям, здесь привыкли. Путешествуя на голове колдуна, мы уже трижды видели вдали ходоков — одного на том берегу реки, второго, когда топали вдоль песков, третьего сегодня с утра. Тот гигант шёл на нас из Травы встречным курсом, и колдун взял левее, чтобы мы разминулись с ним на дистанции в несколько вёрст.

Ходоки для нас больше не представляют угрозы. Друг к другу их не тянет совсем. Специально один к другому не подойдут никогда, а случайно приблизиться к нам порождению Бездны не даст Ло, нынче видящий ночью, как днём.

Опасность осталась одна — попасться кому-нибудь не тому на глаза при спуске на землю. Людей тут нет вроде, но мы всё равно осторожничаем. Родник с большой лужей вокруг бьющего из земли ключа я смог углядеть впереди ещё засветло, но Ло подошёл к нему только после заката, когда напившиеся по вечерней зорьке животные уже разбежались.

В темноте, пока мы с малой, разойдясь в разные стороны, справляли нужду, сам колдун и набрал все спущенные мной вниз фляги в самом центре неглубокого озерца. Только там вода относительно чистая. Берега большой лужи измочалены животными в грязь. С его толстыми пальцами Ло, казалось бы, это дело должно было даться непросто, но колдун даже в теле распухшего ходока остаётся всё тем же ловкачом.

Двое суток пути по степи, которую Ло называет саванной — и впереди показалась река. На тот берег пока нам не надо. Идём вдоль неё, держась в десятке вёрст от заросшего зеленью русла. Колдун говорит, что это один из трёх рукавов Великой, на которые та разделяется, подходя к лесу. Переправимся дальше. На другой стороне, и действительно, очень скоро начинаются плотные рощи, срастающиеся у горизонта в единое целое. Туда лезть не хочется. В открытых просторах Травы хорошо.

* * *

— Разговаривають.

Я мгновенно проснулся. Уже позднее утро — давно рассвело. Придвинулся к Зайке.

— Где? Кто?

— Зя теми деревьями, — указала малая на зеленеющую в полуверсте от нас рощицу, к которой мы подходили. — Кто — не знаю. Не единая речь. Голоса грюбые, злые. Не идуны.

Что не люди понятно и так. Откуда им здесь взяться? Да и язык не наш.

— Дух, ты слышал? — пригнулся я к уху гиганта.

— Угу, — тихо-тихо подтвердил Ло.

Раз рядом разумные, разговаривать колдуну нельзя. Больше к нему не лезу. Он сам разберётся, что делать. Зайка предупредила — и дальше с нас: сидеть тихо и не высовываться. Что мы и делаем. Только смотреть за округой сквозь щели в кудрях никто не запрещает. Вперили взгляды в ту рощу и ждём. Вдруг, покажется кто? Хотя, вряд ли. Зверолюды небось не дураки, чтобы ходоку на глаза попадаться. Интересно, кто там, за деревьями, прячется? Уж не гнолы ли, про которых мне рассказывал Бон?

— Замолчали, — еле слышно прошептала Шуша.