Книга Безлицыш, страница 61 – Андрей Рымин

— Энди, Энди… И когда же ты уже поумнеешь?

Сон не выглядит злым. Его голос и взгляд подтверждают — хозяин Сендая доволен. Видно, наместник придумал для своего «любимчика» какое-то необычное наказание, и урода распирает желание поскорее его огласить.

— Доброго вам дня, господин Сон. Чем я прогневал вас в этот раз?

— Своим упрямством. Чем же ещё? — улыбнулся наместник. — Садись, выпей со мной. Мой брат-Хао просил угостить тебя привезённым им мне в подарок вином. Мне пришлось пообещать брату-Хао, что я сделаю это.

Паладины подвели меня к противоположному от того, где расположился Сон, торцу стола, и один из них указал мне на кресло, в которое следует сесть. Подчинившись приказу, я взял в руку одиноко стоящую здесь в отсутствии прочей посуды, уже наполненную вином чашу.

У него получилось меня удивить. Значит, вот в чём заключается придуманное им для меня наказание. Как-то слишком сурово. В чём же принц провинился так сильно, что наместник решил поступить с ним настолько жестоко? Пусть хотя бы расскажет.

— За правителя провинции Чи, Солнцеликого Хао! — приподнял свою чашу Сон. — Пусть он вечно ведёт своих подданых к Свету!

Тот случай, когда произносимые слова по смыслу диаметрально противоположны заложенному в тост смыслу. В мыслях Сон желает своему венценосному брату едва ли не смерти.

Вслед за наместником я осушил свою чашу. Вкус приятный. Хорошее вино. Но не сладкое. Всё правильно — глюкоза здесь лишняя. Но чем же всё-таки я заслужил возможность отведать подобный напиток?

— Господину Хао понравилось моё выступление?

— Ещё бы ему не понравилось, — фыркнул наместник. — Ты помог ему заработать ни много ни мало, а целых сто золотых. Моих золотых, Энди. Это очень большие деньги.

Пора. Я схватился за горло. Внезапный приступ кашля согнул меня пополам.

— Это всё твоё упрямство, Энди. Сдайся ты на полминуты раньше, и спор бы выиграл я.

Могучие руки Светлых вцепились мне в плечи. Но какое сопротивление, когда тебе нечем дышать? Перестав кашлять, я шумно втягивал в лёгкие воздух в бесполезных попытках насытить свою кровь кислородом. Нет, он был там, но ни в какую не желал двигаться дальше. Цианид заблокировал отвечающий за усвоение кислорода фермент.

— Сейчас ты умрёшь. Но не бойся — оживёшь ты не менее быстро. Я придумал, как восстановить справедливость.

Выгнувшись в руках паладинов, я под яростный хрип в последний раз выпятил вперёд готовую разорваться грудь и внезапно обмяк. Яд убил меня. Вот оно — моё наказание.

И как же он рад…

— Ты забрал мою жемчужину, Энди, — произнёс едва не мурчащий от удовольствия Сон. — Теперь я забираю её у тебя. Ты не заслужил её.

Пора оживать. С громким вдохом прихожу в себя и вжимаюсь в широкую спинку кресла. Паладины по-прежнему держат меня. Третий Светлый стоит возле Сона, готовый защитить хозяина, если потребуется. Предосторожность излишняя. Заглянувший в глаза смерти принц деморализован и растерян — ему не до сведения счётов с обидчиком. Импульсивных безумств от него ждать не стоит.

— Так ты ещё не умирал, Энди? — хохотнул довольный донельзя правитель Сендая. — Впредь будь осторожен в походах. Права на ошибку у тебя больше нет. Но я добрый. Всего пять лет службы, и, если за это время ты ничем не расстроишь меня, я дам тебе съесть ещё одну жемчужину. Всего пять лет, Энди. Ещё никто не удостаивался такой награды так быстро. Одно только это моё обещание — уже великая милость. Возрадуйся, Энди. И прими уже наконец свою судьбу, бывший принц. Твоё прошлое в прошлом. Его уже никогда не вернуть. Смирись с этим.