Книга Титан, страница 168 – Борис Конофальский

Света была уверена в себе, потому что ощущала большую силу. Сила её распирала. Силы в ней было столько, что она не могла просто стоять на месте, она хотела подпрыгивать и скорее что-то делать, состояние у неё было, как будто только что натёрла себя соком фикуса. И главным мотором, приводом этой её силы было раздражение, превращающееся в злость и ненависть. Она сейчас люто ненавидела ту старую слепую тварь, что так ловко настроила папу против неё. А вернее сказать, заколдовала. Света прекрасно помнила, как холодно, словно к чужой, папа относился к ней в последние дни, и была уверена, что это заслуга слепой. Теперь девочка очень хотела с нею встретиться. И чтобы добраться до слепой твари, ей нужно было сначала найти тех, кто заглядывал к ней в окна.

Светлана понимала, что это будет непросто, но та сила, что бушевала в ней сейчас, не позволяла девочке усомниться в том, что она справится. Света была уверена и торопилась начать, пусть сейчас даже ночь на дворе. Она уже тянула руку к выключателю в прихожей, когда её окликнули:

— Ты это куда собралась?

Конечно, это был папа. Девочка обернулась. Отец шёл к ней на своих костылях по коридору.

— Мне нужно, папа, — коротко ответила девочка.

— Ночь, куда ты собралась? — он подошёл к ней и остановился в одном шаге.

— Мне нужно найти эту слепую. Хочу с ней поговорить.

— Ты… Ты же совсем ещё…, — отец смотрел на девочку и не находил нужных слов.

— Папа, — Света не стала дожидаться, пока он договорит, подошла к нему и обняла. — Я уже взрослая. И я должна разобраться со слепой, они уже оборзели.

— А кто эти они? — он чуть отстранился от неё, чтобы заглянуть Светлане в глаза.

— Вот и я хочу это выяснить.

— Света…

— Папа, не волнуйся за меня, я сильнее их, поверь мне.

Отец вдруг взял её черную руку и поднёс к своим глазам, пару секунд рассматривал, а потом сказал:

— Нужно к врачу идти.

— Я уже была, па, — Светлана была рада, что отец держит её за чёрные пальцы, как и Владик, без брезгливости, — у двоих врачей была. Они взяли у меня биопсию, кажется, это так называется. И ещё соскоб. Нужно будет сходить узнать результат.

— Сходи обязательно, — отец продолжал разглядывать её руку и даже поглаживал кожу, потом поднял глаза и спросил. — Не болит?

— Нет, даже наоборот…, — ответила Света.

— Что значит наоборот? — удивился отец.

— Ну… помогает мне.

— Помогает? Как это помогает?

— Па, я потом тебе расскажу, — Света освободила свою руку.

— Слушай, дочка… Ночь уже.

— Папа, — Света опять обняла его и поцеловала в небритую щёку, — не волнуйся за меня, ложись спать. Утром я вернусь и приготовлю завтрак.

Она сказала это таким тоном, что отец не только не мог ей ничего запретить, но даже и не мог возражать. Он понял, что дочка уже стала взрослой.

— Не волнуйся, па, иди ложись, снотворное уже, наверное, подействовало, — сказала Светлана, улыбнулась отцу и вышла за дверь.

⠀⠀ ⠀⠀

* * *

⠀⠀ ⠀⠀

Она подошла к выходу из парадной и остановилась. Теперь девочка немного волновалась: окно её спальни и дверь были с одной стороны дома, и тот, кто заглядывал к ней в окно, будет видеть, как она выходит. Но делать было нечего. Света вздохнула и толкнула дверь. И сразу сначала быстро пошла к арке, а потом, поняв, что щёку ей опалил чей-то недобрый взгляд, перешла на бег и, только скрывшись от злых глаз в арке и даже забежав за угол, она остановилась. Выглянула одним глазом из-за угла и несколько секунд рассматривала тёмные окна на противоположном фасаде дома: вот откуда, откуда только что на неё смотрели? И ведь не спят, ждут её.