Книга Охотник, страница 168 – Борис Конофальский

— Мне кажется, что это существо продолжает движение в вашем направлении.

Света даже про воду забыла. «Продолжает? Как продолжает?»

Она, не закрывая бутылки, кинулась к окну, которое выходило как раз на север, туда, откуда и должен был прийти силач.

И девочка его увидела; он был еще далеко, но даже через серое запыленное стекло окна Света разглядела крупную темную фигуру. Он шел к депошке. И что было самым неприятным, так это то, что он не спеша продвигался прямо по серебряному полю мха. Он не искал дороги, прихрамывал и шел. И тут Светлане стало не по себе. Она вдруг осознала – не понимая причин этого осознания – что одноглазое чудовище идет именно за ней. Никакие питательные вещества ему не нужны, а нужна именно она, Светлана Фомина. Зачем? Поди спроси. Девочка закрутила крышку на бутылке, бутылку положила в рюкзак, собралась – куртка, рюкзак, тесак… палка, палка у двери. Света еще раз подбежала к окну. Нет, никаких ошибок быть не могло: страшная черная тварь подходила все ближе к ее убежищу.

Девочка выскочила из депошки и на секунду остановилась. Куда? Куда бежать? Посмотрела в сторону приближающегося силача – идет. С чего бы ему останавливаться? И она рванула в противоположную от него сторону. На юг, по направлению к улице Типанова.

Он чувствовал ее запах. Улавливал его своими большими ноздрями. Этот аромат был самым прекрасным – после запаха Госпожи. Только вот он оказался испорчен примесью омерзительной гари. Цель помимо запаха жизни пахла едкой копотью – страшным грехом ослушания и презрения к высшим законам мироздания. Он поднял одну ногу, и за ней из красивого ковра потянулись белые нити. Они уже впились в его стопу и тревожили ее, кажется, они даже умудрились проколоть кое-где толстую кожу. Да, эта красивая поверхность оказалась агрессивной. Впрочем, большой опасности для него не представляла. Неприятность, не более.

Ему нужно было идти дальше, его цель удалялась, но Охотник не смог удержаться. Он хотел посетить то место, где его вожделенная нарушительница законов проводила много времени, и вошел в здание. Еще на пороге Одноглазый понял, что ему тут нравится. Запах в помещении не выдувался ветром, не растворялся в массах воздуха, тут он был насыщен. Тут все пропахло ею.

Он втягивал и втягивал воздух, в котором плавали молекулы ее запаха. Охотник понял, он был уверен в том, что ее ткани имеют необыкновенный вкус, особенно ее внутренности. Да, внутренности – это самое вкусное в ней. А еще ему нравился запах ее потовых и сальных желез, эти запахи были так приятны, что даже запах мерзкой копоти не мог затмить ее истинного аромата. Он бы так и стоял в доме, но она уходила все дальше от него. Она была быстрой.

Света преодолела расстояние от больницы до Типанова, буквально пролетела его, и там, недалеко от Дома Советов, нашла хорошие развалины с частью сохранившихся двух первых этажей. Девочка вскарабкалась на второй этаж и там, у стены, среди зарослей черной колючки, присела и стала ждать.

Сидеть на солнце было жарко, тем более что после быстрого бега спина нагрелась, но девочка не обращала на это внимания. Она выглянула в проем полуразрушенного окна. Нет, никуда монстр не делся, он не пропал, ковылял пока что вдалеке, но ковылял в ее сторону, именно к ней.