Книга Во сне и наяву, страница 133 – Борис Конофальский

— Ее нигде не видно, – произнес Лю, – можете выходить.

«Ты ее и в прошлый раз не увидел, а я потом камнем в грудь получила». Света выглянула из депошки, убедившись, что вокруг никого, вышла и закрыла дверь.

Она пошла по лужайке из мха вдоль проспекта Гагарина, а на улице Гастелло свернула налево. Сошла на асфальт.

— Нам лучше и дальше двигаться на север, к парку, – предложил Любопытный.

«Сама знаю, что лучше», – думала Светлана, ее очень злил тот факт, что Лю не согласился с ней сразу. Но она оправдывала его, ведь он просто не понимает ее опасений насчет Аглаи. Девочка вздохнула и произнесла:

— Зайду в двадцать восьмой дом, проверю жабу. И пойдем к парку.

А жаба после того, как Светлана ушла из удобного угла двадцать восьмого дома, снова вернулась на свое место. Снова ловила, травила своим ядом всякую мелочь на стене. Она, кажется, стала еще больше. Девочка, уже имея опыт «общения» с этим замечательным животным, сначала подразнила ее палкой, помахала перед глазами, даже по носу слегка постучала, пока жаба не выплюнула на нее весь свой яд.

— Этого недостаточно, – сказал Любопытный, глядя, как Света рассматривает конец палки, мокрый от жабьей слюны. – У нее за глазами железы, бугры, видите? Мне кажется, там находится самое эффективное вещество этого существа.

Светлана палкой придавила животное сверху, прижала посильнее; и вправду, сразу из-за глаз и еще из одного бугра появилось вещество, похожее на желтоватый крем.

— Вот об этом я говорил, – произнес голос. – Мне кажется, именно этим вы поразили то существо, что называете мальчиком.

Света и сама так думала, слюна жабы похожа на воду, а это вещество было жирным, как сливочное масло. Девочка стала проворачивать палку и водить ею по спине жабы туда-сюда, чтобы равномерно распределить «крем» по острому концу. Вот, теперь дело сделано. Конец палки был черен от страшного яда. Пусть только сунутся ко мне. Она была довольна.

«Спасибо тебе, добрая жаба».

Света вышла из развалин и, часто останавливаясь, всматривалась во все, что казалось ей подозрительным; на все заверения Лю, что никакой опасности поблизости нет, она почти не реагировала. Выйдя на проспект, девочка побежала к парку. Ей пришлось оббежать одного марабу, что прикидывался старым деревянным столбом. И вскоре она выбежала на перекресток Гагарина и Бассейной. Тут Любопытный опять сказал, что все спокойно. Ну, кажется, так и было. Над СКК висела всего одна медуза. Недалеко улицу быстро перебегала семейка огромных крыс. Вдалеке, на Бассейной, бродили две горбатые кошки. Но это совсем вдалеке. Птицы пролетели медленно и спокойно. Только после этого Светлана побежала дальше.

Вот она, ограда парка. Девочка раньше не приглядывалась особо, а теперь стала рассматривать растения, что сплошной стеной росли за оградой. Странные растения, южные. Кусты с длинными острыми листьями, обвитые яркими, цепкими вьюнами. Деревца с мясистыми стволами. Еще растения, похожие на большие каллы, с огромными листьями. И куча других насаждений.

— Нам надо пройти еще немного в северном направлении, – сказал голос. – Двести ваших шагов. Фикус там.

Света молча кивнула и пошла быстрым шагом. И почти сразу заметила движение, повернула голову.

Все-таки марабу большие мастера прятаться на самом виду, перед глазами. А ведь Света осматривалась, стоя на перекрестке. А теперь эта противная птичка, с огромным клювом в виде очень острого угла, неслась к ней почти беззвучно, быстро переставляя свои страшные, почти страусиные ноги и помогая себе короткими, но широкими крыльями.