Книга Божьим промыслом. Пожары и виселицы, страница 96 – Борис Конофальский

— Не могли бы вы, если вам то ещё не надоело, побыть при мне? — и она добавила, как бы оправдываясь: — Мне при вас покойно.

Быть при ней? Ей покойно? Генералу и так жарко, да неохота таскаться по лестницам, он вообще мечтает снять доспех, выпить воды вдоволь, поесть и помыться, но отказать принцессе он, конечно же, не может, ведь служанок у неё здесь нет. Тут вообще нет ни одной женщины. И он теперь вроде её доверенного лица. Всё-таки водил госпожу нужду справлять, подол задирал ей даже. Причём два раза. В общем, как ни крути, а стал человеком ближнего круга Её Высочества. Стал всего за один день и ночь. Неплохая карьера! И поэтому отказать он ей не может.

— Быть при вас — то для меня честь, Ваше Высочество, — отвечает генерал и показывает фон Готту: идите первым.

Тот, молодец, додумался взять с собой павезу, так и пошёл вперёд, за ним шёл генерал, потом принцесса, а уж за нею два солдата.

Так они не спеша поднялись на третий этаж и там по балконам пошли к распахнутой до сих пор двери комнаты, в которой держали маркграфиню. А как дошли, так генерал сказал ей:

— Постойте тут, Ваше Высочество. Фон Готт, будьте бдительны.

А сам вошёл в её покои и стал осматривать всё. Сундуки, кровать, отхожее место с крышкой, стол и стул, большую лохань, заглянул и за ширму и даже выглянул в окно, что выходило на серые, в белых потёках от птичьего помёта, скалы. Скрытых помещений и дверей в покоях не было, и он был удовлетворён.

— Принцесса, — генерал выглянул из комнаты на балкон. — Прошу вас.

Та вошла и сразу принялась за дела: открыла сундук и начала вытаскивать оттуда свои одежды. Волков же не стал стоять рядом, а вышел на балкон к своим людям. Но буквально через минуту госпожа выглянула из комнаты и сказала:

— Барон, так будет у меня вода в купальне? Если бы вы распорядились нагреть мне пять-шесть вёдер воды, я была бы признательна.

'Нагреть пять вёдер, да ещё сюда их затащить — суеты много… Была бы простая, так и одним ведром негретой воды бы управилась. Тут бы просто доспех снять, и то счастлив был бы…

— Один колодец забит, во втором вода… мы ещё не знаем, чиста ли она; сейчас, как прояснится… — Он немного подумал и предложил: — Тут ниже этажом — хорошая купальня, ванная прекрасная, везде чистота, изразцы, печь есть, чан для кипячения воды. Может, пожелаете взглянуть?

По тому, как принцесса думала, сомневалась, видно было, что предложение генерала ей не по душе. Но и отказываться она не решилась и наконец, как бы нехотя, согласилась.

— Хорошо, я возьму надобное мне, и пойдём в ту купальню.

Собрав собой чистую одежду в узелок, щётки для волос, что-то ещё, она вышла из комнаты, и генерал повёл её по знакомому ему пути вниз в купальню.

И вправду, комната для омовений была хороша; в прошлый раз он видел её впопыхах, когда почти бежал через неё, а теперь уже мог рассмотреть как следует. Ему приглянулся витраж в большом окне, а ещё те самые расписные плитки по полу и по стенам. Целый ряд кувшинов из меди, многие чаны и лохани самых разных форм и размеров, тоже медные и к тому же отменной работы.

«Не забыть всё это забрать! Изразцы, жаль, не оторвать. А вот ванну надо вынести отсюда, ванна-то и вправду хороша!».

Стеклянная ванна, стоявшая на возвышении, ему очень приглянулась. Он разумно полагал, что вся эта красота должна была произвести впечатление на Её Высочество, но та была скорее насторожена, чем восхищена. Мало того, женщина всё пыталась осмотреть и оглядывала купальню придирчиво, и наконец, глядя под потолок, произнесла тихо: