Книга Божьим промыслом. Принцессы и замки, страница 151 – Борис Конофальский

Волков вздыхает и разочарованно машет на молодых офицеров рукой, как будто это они виноваты, приговаривая при том:

— Ох, дураки!

— Пленных хоть допросили? — интересуется Карл Брюнхвальд.

— При нас нет, велели их в город вести.

— Замок разбойника сожгли? — невесело спрашивает генерал.

— Нет, — качает головой ротмистр Рудеман. Видно, теперь он и сам всё понимает.

— Может, хоть ворота сожгли, может, рогатки вокруг того замка поломали?

На сей раз молодой офицер даже не отвечает, только качает головой в ответ: нет.

— Что ходили, что не ходили, — резюмирует Карл Брюнхвальд. — Дело вышло пустое.

— Только деньги на ветер, — зло говорит генерал. — Мои деньги! Четверть тысячи талеров, что в реку бросил!

И два молодых офицера стали вдруг собираться домой. То и понятно, кому охота сидеть рядом со злыми командирами. Вот как бывает, а думали, что едут с победой.

* * *

Конечно, всё это так он оставить не мог и на следующий день собрался и, прихватив с собой Карла Брюнхвальда, поехал в Мален, разбираться с горожанами. Нет, конечно, зря потраченных денег барон вернуть не намеревался, но забрать отобранное у разбойника железо хотел — даже сто талеров, и те лишними не будут, — а ещё собирался высказать свое неудовольствие капитану Вайзену.

Но по приезду в комендатуру командира городского ополчения они на месте не застали. Не было и его заместителя, а подчинённые не знали, где их командиры. Ждать их не было смысла, и генерал с полковником поехали в дом Фейлинга. Которого тоже не было дома, зато там была очаровательная графиня фон Мален.

— Племянница была у вас? — интересовался Волков.

— Была, ужинали с ней до полуночи, потом она переночевала где-то, у Фейлинга оставаться не стала, да на заре отъехала домой.

— До полуночи? — генерал смотрит на Брунхильду с подозрением. — О чём же вы с нею говорили?

— Хуго восхищался ею, говорил, как в нашей семейке все разумны, даже женщины, — графиня почти смеётся. — А как ушёл спать, говорили с нею о делах семейных… О вас говорили, дорогой братец. О делах ваших, о замке вашем…

Графиня пребывала в хорошем расположении духа, и пока никто не видел, барон успел ущипнуть её за зад.

После чего она с улыбочкой пригласила господ офицеров обедать. На что те и согласились. Хотя бы Фейлинга нужно было дождаться, не зря же ехали из Эшбахта. А ближе к концу обеда тот и появился. И был в прекрасном расположении духа.

— Господин генерал! — Хуго Чёрный просто цвёл. — Разрешите поздравить вас с победою. В недавнем успехе есть и ваше участие!

— Да, да, — не очень-то весело соглашался Волков; он поначалу думал, что этот влиятельный горожанин… шутит, что ли, насчёт этого, так сказать, успеха. Но когда Хуго Чёрный сказал ему, что весь город рад удачному предприятию, Волков понял, что никаких шуток в словах этого влиятельного горожанина нет.

— Так схватить разбойника не удалось, — аккуратно напомнил Фейлингу Карл Брюнхвальд.

— И что? — не понимал тот. — Он сбежал, прячется где-нибудь, а может, уже в Вильбурге при дворе. На балах пляшет.

— Ну уж это вряд ли, — сомневался генерал — после таких дел герцог его по голове не погладит. — Нет, он тут, отсидится и по новой за дело примется.

— Неужели примется? — не верил хозяин дома.

— А как же иначе, — снова говорил полковник. — Денежки лёгкие у него закончатся, и он по новой начнет. А что? Место у него есть, людишки тоже остались. К грабежам он привык, так что, конечно, возьмётся, раз за первые грехи его не наказали. Тем более что купчишек грабить — это так же приятно, как девушек целовать.