Книга Божьим промыслом, страница 60 – Борис Конофальский

Пусть аркебузные пули и не были так точны, как арбалетные болты, но они всё-таки иной раз и достигали цели, даже если цель и пряталась за большой и красивой павезой. А уж мушкетную пулю ни щит, ни бригантина не останавливали. Если мушкетёр попадал в цель – всё, зови лекаря. И это в лучшем случае.

А пока у арбалетчиков со стрелками завязалось дело, в поле уже выстроилась мощная баталия.

— Интересно, какова она в глубину? – прикидывал Дорфус.

— Думаю, двенадцать, но не меньше десяти рядов, – отвечал ему генерал.

«Три сотни людей во фронте, больше десяти рядов».

Да, в этой главной части войска еретиков было не менее трёх тысяч солдат. Но Волкова, как и других, удивляло столь мощное построение: неужели они двинут всю баталию вперёд? Но как они собираются преодолеть ров, колья и рогатки?

— У них не будет столько фашин, чтобы идти таким фронтом, – заметил Брюнхвальд. – Они перестроятся в колонну.

— Или в две, – заметил генерал.

Вскоре в поле стали из села выходить люди, множество людей, в основном это были солдаты, но они были без оружия и доспехов, с ними шли сапёры, и все эти люди стали рубить все деревья и кусты, что были вокруг, связывая нарубленное в тугие пучки.

— О-о, – Карл Брюнхвальд махнул рукой, – это надолго. Может, сегодня и не начнут даже.

— И то верно, – соглашался с ним Рене, – я думал, что у этого ихнего знаменитого ван дер Пильса организация дела получше будет.

Генерал смотрел на всё это и не понимал: неужели это и вправду знаменитый ван дер Пильс? Неужели он так глупо организовал сегодняшний бой?

«Да нет же, быть такого не может! Выгнать в поле три тысячи солдат, чтобы те просто мерзли в строю, пока арбалетчики перестреливаются со стрелками, а сапёры и свободные солдаты рубят ветки для фашин?».

Что-то во всём этом было не так. И, как в подтверждение этих его сомнений, прибежал гонец от капитана Циммера:

— Господин, из села валят еретики, без строя идут, зато много, капитан говорит, шесть сотен, а ещё арбалетчиков двести человек. Ломают рогатки, наскакивают…

— Коня, – распорядился Волков.

Он приехал на юг лагеря, где как раз разгоралась схватка. Барон думал, что капитан преувеличивает количество атакующих, но ошибался. Отряды еретиков по тридцать и по пятьдесят человек запросто перебирались через неглубокий ров и, вылезая из него, начинали ломать рогатки. Циммер, разумно построив своих людей в три линии, подходил ко рву и отгонял их, но при этом находился под непрестанным ливнем из арбалетных болтов; приданные капитану стрелки не боролись с арбалетчиками, так как те были рассыпаны, а вот по группам вражеской пехоты аркебузиры били, и с обычным для них успехом. Одна из крупных групп врага в шестьдесят пехотинцев во главе с ретивым сержантом даже попыталась прогнуть строй Циммера, развела нечастые его пики и пустила в дело молотки и алебарды, но появление генерала со знаменем, с другими офицерами и двумя десятками охраны охладило пыл храбрецов. И те снова скатились в ров и отошли к своим, на отходе потеряв двух людей.

Страшного ничего тут не было, обычная возня, вполне себе бессмысленная, если не считать того, что она сильно выматывала защищающихся, и генерал просил Брюнхвальда дать Циммеру в помощь одну из резервных рот. На всякий случай.