Книга Башмаки на флагах, страница 108 – Борис Конофальский

«Убьют!» Волков вскочил со своего стула, да так неловко наступил на свою больную ногу, что пошатнулся, скривившись от боли. Он видел, как два кавалериста кубарем полетели с израненных падающих коней. «Только бы не убили дураков!»

Но, слава богу, встали оба, развернулись и пошли, быстро оглядываясь; один хромал и отставал, второй, без шлема, оказался попроворнее. Остальные, на взбрыкивающих конях, чуть проскакав вперед, уже разворачивались обратно к кустам, из-за которых выехали. На дороге остались лишь две умирающие лошади, к которым поспешили жадные дураки пехотинцы, чтобы снять с них седла.

Все случилось так быстро, что кавалер даже и распоряжений дать не успел, а вышло дело так хорошо, что лучше и пожелать нельзя. Без всякой команды его офицеры Рене и Джентиле слаженно и со знанием дела показали болванам графа, что они в воинском ремесле не первый день, что и указаний им давать не нужно, они и сами все знают. А их люди выполнили все приказы верно, и минуты на то не потратив.

Брюнхвальд стоял рядом и улыбался. Он был горд и собой, и своими подчиненными.

— Надеюсь, дураки получили хороший урок, – сказал ему кавалер в качестве похвалы.

— Они идут сюда, – отвечал капитан-лейтенант, – вы правильно выбрали место.

Волков кивнул и сел на стул.

* * *

Граф вел себя либо совсем уже нагло, либо абсолютно неумело. Брюнхвальд недоумевал, глядя, как лениво продвигаются по дороге солдаты герцога, как лениво они выходят на поле, как медленно строятся. Сержанты их все делали не спеша, а офицеры так и вовсе казались больше заняты совещаниями, чем своими людьми. Собрались в кружок верховые и разговаривают, словно не на войну, а на охоту приехали.

Капитан-лейтенант повернулся к Волкову и спросил:

— Атаковать мы их не будем? Если будем, то самое время. К обеду закончим.

Кавалер был с ним согласен. Лучше нет чем ударить противника, который с марша даже не успел развернуть все свои силы в боевые порядки, а ты уже полностью готов. Быстрым шагом подойти да навалиться в центр, продавить его, смять. И все. В этом как раз и сильны горцы. Но Волков только отрицательно покачал головой:

— Нет, нам нужно, чтобы они отсюда сами убрались. А собирайся мы воевать, так я бы уже приказал Пруффу бить по ним.

Хотя кое о чем он с капитаном артиллерии переговорил.

— Значит, будем ждать, – согласился Карл Брюнхвальд.

Ждать. Да, солдаты уже почти с рассвета ждут. Заняли свои позиции и ждут, строй покидать нельзя, если только с разрешения сержанта по нужде отойти. Так и маются, а день-то идет к полудню уже.

Волков вспоминал, как так же маялся по шесть часов, ожидая начала сражения. И это арбалетчиком, у которых и строя нет, которые и посидеть могут. Арбалетчикам всегда легче, чем пехотинцам. Но само ожидание начала дела выматывает очень сильно. Уже начинаешь ругать офицеров, и своих, и чужих, которые отчего-то все тянут и тянут, не начинают дела, черт бы их подрал. Впрочем, это по молодости, а потом привыкаешь. Солдат всегда чего-то ждет.

Наконец, уже совсем в обед, люди графа фон Малена кое-как выстроились в двухстах пятидесяти шагах от его первых линий. А кавалер все поджидал. Нет, не того, когда враг построится, – ждал парламентера, который огласит требования герцога. Ждал, когда подъедет рыцарь в красивом плюмаже под штандартом герцога и попросит Волкова к графу на переговоры на середину поля или выскажет ультиматум о сдаче, на худой конец. Но ничего из этого не случилось. Граф не собирался ничего требовать. Как и думал Волков, граф пришел сюда воевать, а именно угробить побольше людей герцога, горожан и местных дворян. Ну или победить, если получится. Только вот победить шансов у него было мало.