Книга Финал, страница 116 – Андрей Рымин

— Святая Мария! Ещё один!

Диего перекрестился. В знойном мареве дня видимость не такая как утром. Только подлетев к рухнувшему аллою, стало можно разобрать очертания следующего, точно так же лежащего ветвистым скелетом вдали.

— Где эта тварь?!

Говорите, разведка боем?! Какая тут нахрен разведка?! Эту суку нужно срочно мочить! Если мы начнём жевать сопли, он погубит и следующий аллой. И ещё, и ещё. А в трёх Древах отсюда наш, Хойский! Не пущу!

— Вон он! Вон!

Но я и сам уже отыскал взглядом монстра. Капец! Он же раз в десять больше того слизняка-осьминога, что вылез тогда из воды! Спрут? Нет. Слизень? Тоже нет. Нечто текучее, бесформенное. Гигантская клякса с уродливым клювом на вздыбленной шишке, что единственный выдаёт в тваре виденного мной Кракена.

Сделав своё чёрное дело, Зверь сползает с корней. Очень быстро сползает. Вот мне и ответ на вопрос – как он успел завалить три аллоя? Видимо, с каждым погубленным Древом он растёт, а соответственно прибавляет и в скорости. Но как он всё-таки срубил, перегрыз, спилил ствол? Ждать, когда Кракен продемонстрирует нам свои способности на следующем аллое – не вариант. Мне срочно нужны свидетели недавней атаки на Древо. Так… Откуда был лучший обзор?

— Ди, к основанию ствола!

Назвать исполинский обрубок пнём язык не повернулся. Могу понять Толу, что всё ещё продолжает рыдать. Уже не безумно, как в первые минуты, когда я боялся, что надрывный рёв девушки перерастёт в истерику, но всхлипы сильны и сейчас, раз доносятся до меня из трубы. Тоска, безысходность, обида, вселенская боль. Никогда не подумал бы, что услышу, как Тола рыдает. Никогда не подумал бы, что увижу мёртвый аллой.

Ближняя к стволу часть корней изуродована. Здесь словно ядерная бомба взорвалась. Вернее, несколько по всему периметру. Сплошная, лишённая всякой растительности голая кора. Холмистые склоны оплавлены, как будто здесь сошли потоки лавы из жерла вулкана. Вершина гигантского пня издали, и действительно, напоминает чудовищный кратер.

Край остального ствола тоже мало походит на сруб, что остался бы после атаки бобра-великана. Линия среза достаточно ровная. Торчащие куски древесины отсутствуют. Дерево не подломилось под тяжестью и не треснуло от бокового усилия. Ровный гладенький срез, пестрящий по линии спила множественными пещерами-дырками. Наверное, это бывшие русла водоносных артерий. На пне ведь точно такие же.

В некотором отдалении от верхней части гигантского корневища замечаю раскинувшуюся на гребне холма деревеньку. Выглядит целой.

— Давай вон туда. Если есть кто живой, хочу поболтать с ними.

Диего подводит гроболёт ближе. Так и есть – посёлку повезло пережить пришествие Кракена. Суетящийся внизу народ тычет пальцами в спускающийся штурмовик. Ну вот. Разбегаются кто-куда.

— Вася, поймай мне кого-нибудь.

* * *

— Не губите, мэлы! У меня семья, дети!

Притащенный Чечей к приземлившемуся гроболёту – хорошо, что не трупом, а за руку – мужичок с окладистой рябой бородой, судя по побелевшей роже, решил, что настал его последний час.

— Успокойся. Ничего мы тебе не сделаем. Про Зверя расспросим и сразу отпустим.

Простак облегчённо выдохнул и тут же тоненько ойкнул, догадавшись, кто перед ним.

— Так вы ангелы божьи! Те, про коих слуги Создателя спрашивали! Явились спасители наши!