Книга Тайны древних, страница 185 – Андрей Рымин

— Я, знаешь, о чем подумала? Хорошо все-таки, что безухий освободил Сару. Та сделала всю грязную работу за нас, и теперь не придется придумывать, как отодвигать Мудрецов в сторону. Делить с кем-то такое могущество? Ну уж нет. Двоевластие – то еще зло. У мира должны быть только одни хозяева. Пролитая на острове кровь избавила нас от не в пример большей. Так что теперь войну получится завершить быстро. Навасу и его шайке конец. Империя придет на восток так же быстро, как и на запад. Мы сделали невероятно великое дело. Про нас сложат легенды, Яр. Будут петь песни.

И вот здесь ему тем более не было, что сказать. Легенды? Песни? Он услышал только одно по-настоящему важное слово – война! Значит, Аника и ее старшие изначально не собирались делить наследие древних с восточниками. Он догадывался, но пытался сам себя переубедить в обратном. Ведь достигнут такой важный мир, заключен союз… Вечные… Нет, все же Проклятые – правильно их называют в народе. Души нет, один трезвый холодный расчет. Он и сам почти таким стал.

Аника опять замолчала и задумчиво смотрела на волны, словно пытаясь там внизу разглядеть грядущее. А что он? Яр тоже ушел в свои невеселые мысли. Чего хочет он сам? Стать отцом? Да, но не настолько сильно, чтобы принести в жертву этой мечте все остальное. Его счастье – благополучие Племени. Не нужно себя обманывать. Станет ли жизнь его родичей лучше, чем была прежде? Едва ли. Так за что же он борется? За спасение? Угроза орды уже в прошлом. Получается, теперь пришел черед платить северянам за помощь? Платить своим счастьем? Счастьем его людей, что и есть его настоящие дети?

Несправедливо! Чего стоят какие-то клятвы, когда речь идет о благополучии собственного народа. Присяга… А разве у него был выбор? С момента встречи с северянами все важные решения принимаются без его участия. Он просто исполнитель, он маленький, ничего не значащий человек. Течение реки по имени «Судьба» подхватило его и несет. Ему остается только уворачиваться от коряг и стараться не захлебнуться.

Но в этом ли его истинное предназначение? Может ли он вообще повлиять на вершимое на его глазах рождение нового мира?

Может! Может и должен!

Яр тяжело вздохнул, последний раз взвешивая принятое решение и, окончательно утвердившись в правильности нахлынувшего прозрения, столкнул Анику вниз.

При всей скорости своей реакции, не ожидавшая такого Вечная не смогла удержаться на мостике. С удивленным до глубины отсутствующей души возгласом она полетела к воде, а Яр уже мчался к ведущей в кабину двери. Самой Анике не забраться обратно, а Фернандо не должен помочь.

Плавно, словно ничего не случилось и он никуда не спешит, шагнул в открывшийся проход. Спокойно подошел к древнему, будто желая послушать, о чем тот говорит с Монком. Медленно нагнулся поближе. И только затем стремительно приставил к горлу Санчеса нож.

— Извини, друг, но так будет лучше.

— А… Э… – только и смог оторопело промычать древний.

— Поднимай птицу. Мы улетаем.

И не видя должной реакции на мягкий приказ, проорал жутким не своим голосом:

— Живо!

Фернандо трясущейся рукой потянул на себя нужный рычаг. Откидная дверь грузового отсека, шипя, начала закрываться, и летучий корабль рванул вверх даже быстрее, чем нужно.

— Что там у вас происходит? – раздался идущий непонятно откуда встревоженный голос Монка. – Эй, слышишь меня?