Книга Джейн Эйр – охотница на оборотней, страница 143 – Андрей Белянин, Дарья Менделеева

— Но мисс Ингрэм сама охладела ко мне, когда я пустил слухи, что обнищал как церковная мышь.

— Вранье! – четко ответил дядя, не размениваясь на идиомы. Мне стало это порядком надоедать.

— И это делает вам честь? Вы опустились до лжи! Одна ложь повлекла за собой другую. Вы лгали мисс Ингрэм о любви, лгали мне о любви к ней, а потом лгали ей о своем стесненном положении. Так как же я могу верить в ваши слова о любви, мистер Рочестер? Как верить словам лжеца?

— Эта маленькая ложь была необходимостью на пути к нашему счастью, Дженни! Даю тебе слово, что больше не будет никакой лжи. И нет в целом мире существа, изнемогающего от любви более меня. Любишь ли ты меня, моя фея?

— Да, сэр.

Призрак встал на ноги, с досады плюнул на ковер и исчез.

— Тогда проси все, что пожелаешь!

— Сообщите обо всем мистрис Фэйрфакс. Она очень сердита на меня и считает, что я забыла свое положение.

— Твое положение – в моем сердце!

Поездка в Миллькот выдалась утомительной. Мистер Рочестер категорически не желал брать с собой Адель, но я упросила его: девочка так хотела поехать с нами, ей определенно пойдут на пользу короткое путешествие и временная смена обстановки.

Я была бы абсолютно счастлива, если бы мой будущий супруг не относился к девочке как к надоевшей кукле. Он рычал на нее сквозь зубы и заставлял сидеть в самом дальнем углу кареты, а после и вовсе заявил, что как можно скорее избавится от нее, отослав в школу. Об этом нам следовало поговорить отдельно. Я вовсе не разделяла его планов по избавлению от Адели.

Как хорошо было бы, если бы она росла подле нас! Разве виновата девочка в том, что ее попечитель вознамерился жениться? Разве я – препятствие для ее хорошей жизни? Нет, нет и нет! Дело это для меня было решенное. Я не сомневалась, что смогу убедить мистера Рочестера и отстоять интересы моей маленькой ученицы.

Разве в Торнфилдском замке так мало комнат, что для Адели не найдется места? Разве мистер Рочестер настолько стеснен в средствах, что не сможет выделить денег на кусок хлеба и чашку супа для девочки, о которой заботится столько лет? Что же касается бесконечных игрушек и украшений – их можно было и даже следовало сократить в десяток раз, чтобы привить Адели скромность и хороший вкус.

В Миллькоте мистер Рочестер словно сорвался с цепи. Он сам, разумеется совещаясь со мной, выбирал материю для моих платьев, обложился десятками шляпок, водружая каждую мне на голову, так что к концу примерки моя прическа окончательно растрепалась, и горстями ювелирных украшений, которыми меня обвесили, словно елку.

Адель счастливо щебетала, и в конце концов ей тоже были заказаны аметистовое платье и тонкая нитка черного жемчуга, прекрасно сочетавшаяся с ее темными глазами и вороново-черными волосами.

Вечером, по возвращении в Торнфилд-холл, мистер Рочестер позвал меня к себе и вновь принялся петь. Я сохранила лицо, чтобы не расстраивать своего будущего супруга в момент душевной радости. Это была ария – вероятно, его собственного сочинения. Увы, сочинителем он оказался таким же посредственным, как и исполнителем.

Все это время я думала о призраке. Почему он не явился мне в Гейстхеде, когда я встречалась с тетей и кузинами? Почему любезно позволил мне самой отплатить по счетам мистрис Рид? Почему вообще покинул родной дом и следовал за мной сначала в школу, а потом и сюда? Пока я не находила ответа.